В Ярославле в XVII веке были известны Братья Андреевы — богатые и влиятельные купцы. Сергей Андреев (имел прозвище Рукавичник или Рукавишник) и Иван Андреев.

Иван Андреев построил каменную церковь Живоначальной Троицы, которую исторически называли Борисоглебской. Он занимался активной торговлей с Архангельском, покупал пушнину. В 1658 году, после великого ярославского пожара, царь Алексей Михайлович поручил восстановление Успенского собора двум купцам — Аникею Скрипину и Ивану Андрееву.

Сергей Андреев занимался продажами кож и регулярно поставлял их на Тихвинскую ярмарку и в казну. Его приказчик Максим Карпов возил кожи в Швецию в Стокгольм или «Стекольну», как называли город русские. Торговля со Швецией в это время была довольно оживленной и в Стокгольме даже существовала русская торговая фактория.

У Ивана Андреева был сын Илларион, на которого он, по всей видимости, возлагал огромные надежды, потому что в его семье гибли все дети в младенческом возрасте — 10 человек. Но в 1670 году Илларион умирает и довольно скоро, до 1677 года умирает и сам Иван. Есть предположение, что его богатство перешло к наследникам Сергея Андреева.

Торговые связи Андреевых и Ивана и Сергея были обширными и разнообразными, авторитет на посаде был огромный. О богатстве и влиятельности Сергея Рукавичника говорит тот факт, что он в 1668 году был избран земским старостой в Ярославле. До него земскими старостами избирались именитые ярославские купцы: государевы гости Надея Светешников, Григорий Никитников, Василий Лыткин, Аникей Скрипин и другие. При Сергее Андрееве проводилась дошедшая до нас перепись населения Ярославля 1668 года.

Иван Андреев был старостой Ловецких слобод Ярославля. Он был очень активен в общественной жизни и радел за город. Сохранилась грамота царя Алексея Михайловича, в которой он пишет об обращении к нему с челобитной грамотой ярославца Ивана Андреева: «…велено ярославцам посадским людем сказать, чтоб они с своих пожитков в ярославское городовое дело денег дали против ярославцева посадскаго человека Ивана Андреева сто рублев, что он Иван служа нам великому государю и радея о городовом деле ударил челом нам великому государю в наше городовое дело против того как они платили пятую деньгу…» Необходимо отметить, что Иван Андреев не первый раз писал Великому государю. Он так владел грамотой и был уверен в своей правоте, что брал на себя смелость писать царю.

НАЗАРЬЕВЫ-ГУРЬЕВЫ, купеческая династия в Ярославле XVII в.

Братья Гурий и Анкиндин (Дружина) Назарьевы — купцы, меценаты, заказчики церквей, деятели Смутного времени. В 1608 году, когда на город напали сторонники «тушинского вора», Анкиндин «стоял против них крепко и непоколебимо в твердости ума своего безо всякого сомнения и ни к каким воровским советам не приставал и Московскому государству во всем помогал и малодушных людей от всякого дурна отговаривал». Царь Михаил Федорович пожаловал братьям Назарьевым звание гостей.

Братья были заказчиками церкви Рождества Христова в Ярославле (1644).

Братья Михаил, Андрей, Иван Гурьевы — сыновья Гурия Назарьева. Находясь на государственной службе, они выполняли ответственные поручения по финансовой деятельности: работали в Москве, «у Архангельского города у таможенных пошлинных сборов», в Нижнем Новгороде — «у денежного дела и у ефимочной покупки», в Астрахани — «у икряных промыслов и у хлебной покупки». Братья Гурьевы проводили широкие торговые операции, бывая со своими товарами «в индийских землях богатых и в Бухаре»; составляли для посольского приказа в Москве карты своих путешествий. Их торговые агенты были в Сибири, Казани, Астрахани.

В 1640 братья Гурьевы основали на реке Яик рыбные икряные промыслы, которые обслуживали наемные местные жители. На промыслах, кроме того, содержали табуны лошадей. Для охраны промыслов Гурьевы построили деревянный острог «Гурьев», привезя срубы укреплений и мастеровых людей «с Руси». Деревянная крепость не спасала, однако, от набегов кочевых калмыков и нападений разбойничьих казацких отрядов. В 1662 Гурьевы построили каменную крепость, стоившую им 290 тыс. руб. Казна не выполнила своих обязательств по поставке квалифицированной рабочей силы и по освобождению Гурьевых от пошлин, в результате чего Гурьевы разорились. В 1667 крепость Гурьев была разрушена участниками восстания Степана Разина.

В 1678 «московский гость» Иван Гурьев был заказчиком плащаницы, вложенной им в Чудов монастырь Московского Кремля. В 1683−84 Иван Гурьев, его сыновья Михаил и Петр стали заказчиками росписей церкви Рождества Христова в Ярославле.

Светешников Епифаний Андреевич (Надея Светешников)

Светешников Епифаний Андреевич, его второе, мирское имя Надея, означающее «надежда». Епифаний Андреевич был, пожалуй, самым известным ярославским купцом начала семнадцатого века. Жизненный путь, которого как нельзя лучше отразил все бурные события этого бунтарского времени.

Род Светешниковых, по местному преданию, происходил из Великого Новгорода.

После разгрома Новгорода Иваном Грозным в тысяча пятьсот шестьдесят девятом году многие посадские семьи были насильно переселены в другие земли. Так семья Светешниковых попала в Ярославль.

Надея Светешников был удостоен особого звания: Государев гость. Звание это получали от царя самые крупные, богатые предприниматели. Оно давалось человеку с торговым оборотом не менее 20 тысяч рублей в год за заслуги перед государством в коммерческих делах. В семнадцатом веке число «гостей» в стране в целом не превышало 30. В первой половине XVII в. этого звания были удостоены четверо ярославских купцов — Епифаний Светешников, Семён Лузин, Григорий Никитников, Василий Лыткин.

В тысяча шестьсот сорок четвёртом состояние Светешникова, не считая недвижимости, составляло 35 тысяч рублей. Основной источник богатства ему давали крупные торговые операции — как внутри страны, так и с Англией (через Архангельск) и Персией. Наибольший доход ему приносила торговля пушниной, а также производство соли.

Надея Светешников был одним из крупнейших агентов по закупке товаров «для царского обихода», в основном иностранных материй и сахара.

Для охраны своих промыслов от нападений лихих людей он содержал отряд «пищальников» с огнестрельным оружием и пушками.

Епифаний Андреевич принял активное участие в создании Второго народного ополчения. Был участником временного русского правительства, Совета всея земли.

Однако закончил он свою жизнь в долговой тюрьме — не смог выплатить взятый у государства долг, а новый царь Алексей Михайлович не поверил устным договоренностям с Михаилом Федоровичем. Историки считают, что эта расправа была происками конкурентов. Долги Надеи выплатил уже его сын.

Епифаний Андреевич Светешников до конца своих дней был патриотом своей малой родины. Похоронен он тоже в Ярославле, в стенах возведенной им церкви. На берегу Волги в Ярославле он выстроил крупную пятиглавую церковь во имя Николая Чудотворца — покровителя торговцев и мореходов, которую до сих пор называют Николы Надеина. Этим он закладывает новую для Ярославля традицию — строительства купцами каменных храмов. Они до сих посчитаются эталоном русской архитектуры семнадцатого века.

Григорий Леонтьевич Никитников — крупный русский купец и промышленник, государев гость, один из лидеров Ярославского посада в начале XVII века.

По происхождению посадский человек Ярославля. Из старого купеческого рода, по преданию — с новгородскими корнями. В период Смуты сыграл большую роль в консолидации посада и его обороне. Земский староста в 1612 году. Поддержал и финансировал ополчение Минина и Пожарского, стоявшее в Ярославле.

С 1614 года — государев гость. Закупал для казны в Архангельске импортные узорочные товары. В 1622 году по требованию царя переехал в Москву. Устроил усадьбу в Китай-городе (Никитники), обширный двор распространялся на 37 саженей в длину и 31 сажень в ширину. Его дом становится местом встреч купцов и заключения сделок. По отзыву приезжавшего с посольством из Сирии в Москву Павла Алеппского, палаты купца по своей красоте и размерам не уступали палатам царских дьяков. Участвовал в земских соборах. Лидер сословия, представлял интересы купцов и промышленников, обращался к властям с челобитными, с призывами ограничения импорта иностранных товаров и привилегий иностранных купцов. В синодик построенной им церкви Троицы в Никитниках вписаны имена московских гостей XVII века, которые находились в личных и родственных взаимоотношениях с Никитниковым. Был назначен в Сибирский приказ для сбора таможенных пошлин. Ссужал царя деньгами, получая ответные дары (серебряные ковши и камчу).

Вёл крупные торговые операции в Европейской России, Сибири, Средней Азии и Персии. Основу его богатства составляла торговля сибирской пушниной с Европой и Востоком. Также торговал рыбой. Имел фактории в Вологде, Ярославле, Казани, Нижнем Новгороде, Коломне, в Москве и Астрахани. Усадьба Никитникова в Ярославле, рядом со Спасским монастырем подле Угличских ворот, была узловым торговым пунктом, волжские и восточные товары, приходившие из Астрахани, обменивались здесь на западные, привозившиеся из Архангельска. В усадьбе Никитникова им была построена в 1613 году деревянная церковь Рождества Богородицы. Ближе к реке Которосли стояли соляные и рыбные амбары. После переезда в Москву на Красной площади заводит лавки в Суконном, Сурожском, Шапочном и Серебряном рядах. Строит большие склады для ведения оптовой торговли.

С 1632 года вкладывал капиталы в солеваренную промышленность, конкурировал со Строгановыми и перекупил у них заводики по просроченным векселям, став на короткое время самым крупным промышленником в Соли Камской. К концу 30-х гг. в Соликамском уезде ему принадлежало 18 (или даже 30) варниц. Помимо зависимых от него людей, на них работало свыше 600 наемных работных людей. Для продажи соли имел особые дворы в Нижнем Новгороде, Коломне и других городах.

Владел также мельницами, судами на Волге и Каме, торговым двором в Астрахани. Здесь у него были каменные палаты, амбары, погреба и штат приказчиков для торговли с Персией.

Субсидировал церковные постройки в Ярославле и Соли Камской. По его заказу и на его деньги в Москве была построена церковь Троицы в Никитниках (1628−1634).

Свой капитал Никитников завещал не дробить, передал его в совместное и нераздельное владение двум внукам: «и внуку моему Борису, и внуку моему Григорию жить в совете и промышлять вместе, а буде который из них станет жить неистова и деньги и иные пожитки станет сородичам своим раздавать и сторонним людям, один без совету брата своего, и он благословления моего и приказу лишен, до дому моево и до пожитков ему дела нет».

Его внуки Борис Андреевич Никитников (умер в 1655 году во время эпидемии моровой язвы) и Григорий Булгаков продолжили работу над украшением храма, делали заказы иконописцу Симону Ушакову. Южный придел Троицкого храма был посвящён Никите Мученику, он служил усыпальницей храмоздателя и членов его семьи. К 1657 году единственной живой наследницей семейных богатств была вдова Бориса Никитникова — Евдокия. Вскоре все имущество Никитниковых отошло казне.

Скрипины — одна из самых видных фамилий Ярославля XVII в. Торговый капитал братья Иоанникий (Аникей) Иванович и Вонифантий Иванович Скрипины сформировали благодаря торговле пушниной в Сибири. Менее известен третий брат — Иван Скрипин. В 1646 г. он умер, управление его делами перешло к сыну — Иллариону. Документы показывают, что он занял прочные позиции в торговом предприятии семьи, занявшись в 1650-х гг. организацией пушных промыслов в Мангазейском крае. Кроме того, в 1637 и 1643 гг. он избирался земским старостой, а в 1647 г. получил чин гостя, став государевым служилым человеком. Успешные купцы Скрипины были связаны родственным узами со многими известными тогда купеческими фамилиями. Единственная дочь Вонифантия Скрипина, Пелагея, вышла замуж за представителя крупнейшей московской купеческой семьи — Ивана Панкратьева. В 1661 г., после смерти Вонифантия Скрипина, наследницей состояния оказалась его вдова — Улита Макаровна Скрипина. Она в 1680-х гг. заказала роспись стен церкви Ильи Пророка, возведённой в 1647—1650 гг. Артелью костромских и ярославских мастеров под руководством Гурия Никита и Силы Савина была выполнена уникальная роспись интерьеров. Церковь, построенная на средства купцов Скрипиных, по сей день является одним из главных символов города.

Скрипины // Короли бизнеса — столпы империи: десять веков ярославского купечества. Ярославль, 2013. С. 26−27.
Тимошина Л. А., Шаброва О. Г. К вопросу о составлении генеалогии рода Скрипиных // VII Золотаревские чтения. Рыбинск, 1998. С. 66−69.

В середине 40-х гг. XIX в. в Ярославле купцами было объявлено капиталов: 3 — по I гильдии, 19 — по II гильдии, 173 — по III гильдии. Миллионные капиталы ярославского купечества, по данным источников, делались прежде всего в крупнейшей отрасли торговли — хлебом. Обращение к хлеботорговым операциям было связано с выгодным географическим положением города. Обороты хлебной торговли постоянно возрастали. Уже в 30-е гг. XIX в. в одном из источников говорится: «главный предмет занятия здешнего купечества есть торговля хлебом», а обороты простирались до 2 млн. рублей.

Двадцать наиболее значительных ярославских купеческих капиталов обращались в торговле хлебом. Ею занимались ярославские купцы Иван Оловянишников, Петр Пастухов, Фёдор Балов, Фёдор Холщевников, Степан Шапошников, Григорий Щербаков, Яков Полетаев и др. Главными скупщиками-оптовиками хлеба были Пастуховы, Крохоняткины, Балов, Щербаков. Все крупные оптовики-хлеботорговцы были купцами высших гильдий и являлись также мануфактур- и коммерц-советниками, а также почетными гражданами. Это позволяло вести активную деятельность не только в торговой сфере, но и в общественной жизни. Они имели собственные флотилии, участвовали в работе судовой управы.

Затрапезнов (Затрапезный) Иван Максимович

Годы жизни: 22 мая 1695 года — 8 сентября 1741 года.
Был похоронен под папертью Петропавловской церкви.

Семья, династия предпринимателей: Затрапезные (первоначальный вариант семейного прозвания был именно таким, лишь в XVIII веке его постепенно вытеснила привычная нам форма — Затрапезновы) были торговыми крестьянами Спасского монастыря в Ярославле. Самый ранний известный нам представитель рода Прокофий Затрапезный в 1646 году вместе с сыном Семёном был «взят» в ярославский посад, то есть официально стал горожанином, записанным в Спасскую сотню. Скорее всего, ещё будучи крестьянами, Затрапезые сумели стать людьми состоятельными, о чем говорит их быстрый «взлёт» по социальной лестнице. Уже в 1654 году они были записаны
в привилегированную гостиную сотню.
Семён Прокофьевич Затрапезный упоминается в составе гостиной сотни до середины 1670-х годов. В конце XVII века эстафету приняли его сыновья Максим (1670 года рождения) и Пётр (родился в 1675-м).
Максим Семёнович владел в Ярославле лавками в нескольких рядах гостиного двора. Главным предметом торговли семейства был москательный товар (краски, клеи, технические масла и другая химическая продукция).
Согласно семейному преданию, в один из своих приездов в Ярославль Пётр I приметил смышлёного сына Ваню, старшего сына Максима Затрапезнова, и впоследствии направил его для изучения полотняного дела в Голландию. Там Иван Максимович пробыл семь лет, приобрёл профессиональные навыки, европейский лоск, а во многом и европейские взгляды. Вернувшись в Россию, он стал одним из тех предпринимателей новой волны, что сумели успешно приспособить свой бизнес к новациям петровского времени
с преобладанием государственных заказов, объединением в купеческие «кумпанства» и превращением в важный элемент строящегося «регулярного» государства. Своим наследникам Затрапезнов оставил хорошо налаженное дело.
После смерти Ивана Затрапезнова его младший брат Дмитрий выделился из семейного капитала и основал на новом месте —
в приходе церкви Николы Мокрого — собственную полотняную мануфактуру, получившую название Малой. Старое предприятие
за Которослью, оставшееся наследникам Ивана Максимовича, стало называться Ярославской Большой мануфактурой.
Известно о пяти детях Ивана Максимовича Затрапезнова. Старшая дочь вышла замуж за майора Петра Артемьевича Лакостова, который некоторое время после смерти тестя управлял предприятиями и был опекуном его сына. Сарра Ивановна в браке стала Балашовой, Сусанна Ивановна — Болотиной. Ева Ивановна Затрапезнова обвенчалась с крупным московским купцом-мануфактуристом Данилой Яковлевичем Земским.
Единственный продолжатель дела Алексей Иванович, родившийся в 1732 году, остался без отца в девятилетнем возрасте.
Он не получил ни должного образования, ни воспитания, да и в вопросах нравственности был не безупречен. Причиной тому могло стать не самое благовидное поведение его матери, которая оказалась ему плохим примером. Согласно семейным преданиям, вдова Ивана Затрапезнова «от пьянства была постоянно не в своём уме».
Повзрослев, Алексей Иванович сам взялся за управление отцовским предприятиями. Они не только оставались самыми значительными в Ярославле, но и входили в число крупнейших в России. Проезжая через Ярославль в 1763 году, Екатерина II остановилась в доме Алексея Затрапезнова и осмотрела его мануфактуру. Год спустя Ярославская Большая мануфактура вместе
с мастеровыми, плотиной, бумажной, масляной, пильной и мукомольной мельницами, с землями и угодьями была на удивление дёшево продана одному из богатейших людей империи Савве Яковлеву. Как вспоминала дочь Саввы Яковлевича, её отец сыграл на слабостях Алексея Затрапезнова, «подцепил как молодого человека, потчевал, угощал, довёл до того, что споил его с круга долой». За бесценок были проданы не только предприятия, но и дом со всей обстановкой, включая якобы одежду и посуду. В 1773 году Алексей Иванович Затрапезнов умер в чине статского советника.

Род деятельности: Ярославский купец гостиной сотни. Был самым видным из семьи Затрапезных, основатель и первый директор ярославской полотняной мануфактуры.

Среда бытования: В первой четверти XVIII в. в экономике, политической сфере и культуре России произошли огромные перемены. Проведённые при Петре I преобразования оказали большое влияние на Ярославский край. В промышленности произошёл качественный скачок.
За четверть века в России выросла мануфактурная промышленность, и одним из её центров стал Ярославль.

Дело (бизнес): В 1720 году Иван Затрапезнов с отцом и братьями вошёл в созданную по инициативе Петра I голландцем Тамесом купеческую компанию по содержанию Большой полотняной мануфактуры в Москве. Два года спустя Затрапезновым и Тамесу было позволено завести полотняную мануфактуру и в Ярославле. Для этой цели им отдали безденежно «пустой двор, на котором шведские арестанты делали широкие полотна, и за рекою Которослью в угодьях Спасо-Ярославского монастыря на ручье Кавардаковском пустопорожнее место». В придачу они получили право на беспошлинную торговлю в течение пяти лет. В 1725 году Затрапезновы стали единоличными владельцами Ярославской мануфактуры.
В 1727 году по решению Ивана Максимовича «для размножения… их мануфактуры» им отвели дополнительно, там же
за Которослью, значительный участок городской земли. В том же году казна передала Затрапезновым две полотняные мануфактуры
(в Петербурге и Красном Селе) вместе с мастеровыми и работными людьми, которых они перевели в Ярославль, а также часть инструментов с казённой бумажной фабрики. В результате в Ярославле сформировался целый промышленный комплекс, который возглавил Иван Затрапезнов. В его владения входили полотняное и шёлкоткацкое производства, бумажная мельница, кирпичный завод, маслобойня. Одна часть продукции затрапезновских предприятий шла за границу, другая продавалась в России. С 1734 года Московская типография, согласно высочайшему повелению, закупала бумагу исключительно у Затрапезновых. Причиной отмены этой привилегии
Ярославская Большая мануфактура продолжала существовать. Несмотря на кризисы, которые не раз испытывало предприятие
в XIX веке, несмотря на смену хозяев, а в XX веке и общественного строя, превратившись в комбинат «Красный Перекоп», детище Ивана Затрапезнова продолжает работать и поныне.

Команда и люди: Сначала рабочей силы не хватало, но в 1736 году все работники были «навечно» прикреплены к предприятиям. Теперь хорошо обученные специалисты уже не могли переметнуться к конкурентам или завести собственное дело. В XVIII веке крепостной труд был ещё выгоден.

Вклад в культуру: Своей мануфактуре Затрапезнов придал европейский вид. Пруды, вырытые для осушения заболоченной территории, были красиво вписаны в парк, разбитый на манер голландского. В 1736 г. на территории предприятия была заложена церковь по образцу Петропавловского собора в Петербурге и с тем же именем. Она стала единственным образцом так называемого аннинского барокко
в Ярославле.

Звания: В 1738 году получил чин коллежского асессора, а в 1740-м — коллежского советника.

Интересные факты: Ярославские купцы Затрапезные (Затрапезновы), не будучи поэтами или писателями-новаторами, внесли свой вклад в словарь русского языка. Как это получилось? Дело в том, что кроме дорогих тканей «на манер» голландских, на Ярославской мануфактуре Затрпезновых производилась в большом количестве дешёвая льняная ткань — пестрядь (чаще всего в синюю полоску), из которой шилась одежда для простого народа и домашнее платье. Эта популярная материя получила название от фамилии владельцев предприятия — затрапез. Со временем под понятием «затрапезная одежда» стало пониматься всё, что имеет дешёвый, неопрятный вид. Позже слово «затрапезный стало применяться уже без привязки к одежде в значении «неопрятный, грязный, убогий».

Кредо: «Слава трудом рождена».

Родоначальник династии, хлеботорговец Иван Григорьевич Крохоняткин, происходил из посадских Сретенской сотни Ярославля. С 1820 г. он значился купцом 3-й гильдии. В 1833 г., после смерти купца, во главе предприятия встал Павел Иванович Крохоняткин (1804−1876), который вместе с братьями Андреем и Семёном значительно расширил дело. В 1850 г. семья предприимчивого купца уже значится в 1-й гильдии. Крохоняткины становятся крупнейшими хлеботорговцами Ярославля, которые закупали хлеб в Поволжских губерниях, а затем продавали его в Санкт-Петербурге, Москве, в Вологодской и Архангельской губерниях. В 1848 г. купцы в Ярославле построили паровую мельницу, оборот которой составлял несколько сотен тысяч рублей в год. Именно её в 1888 г. купил Иван Александрович Вахрамеев.

Удача в делах не всегда сопутствовала Крохоняткиным. В 1880-х гг. купцы были объявлены банкротами из-за того, что были не в состоянии рассчитаться по долгам. Однако некоторые представители династии продолжали заниматься хлебной торговлей, в частности — сын Андрея Ивановича Крохоняткина Константин.

В начале XXI в. в Ярославле была восстановлена усадьба Крохоняткиных (ул. Кооперативна, 7), которая включает в себя комплекс жилых и хозяйственных построек 1-й половины XIX в. Главный дом представляет собой двухэтажное здание, первый этаж которого построен из кирпича, второй обшит тесом. Второй дом усадьбы, построенный ещё в XVIII в., использовался как доходный.

Александрова М. В. Дом с купеческим размахом // Квартиры и цены. 2007. № 30 (6 августа). С. 13.
Братья Крохоняткины // Деловые вести Ярославии. 2005. № 6. С. 36−37.
Крохоняткины // Короли бизнеса — столпы империи: десять веков ярославского купечества. Ярославль, 2013. С. 36−37.
Солондаева Е. Взлет и крах купца Крохоняткина // Городские новости. 2015. 23 сентября. С. 6.

Кучумов Иван Яковлевич

В конце 18 века в городе существует масонская ложа, предводителем которой является наместник края, назначенный Екатериной II, Алексей Петрович Мельгунов. Мельгунов пытается реализовать идеал просвещенной монархии и масонскую мечту о гармоничном обществе. Краеугольными камнями масонства, помимо закона и веры, являются милосердие и просвещение. При Алексее Петровиче начинается изучение края, его географии, истории, ресурсов. Организуется благотворительная помощь голодающему крестьянству, открывается частная типография, выходят в свет печатные издания, на частные вклады открывается Дом призрения ближнего для детей-сирот и стариков.

Самую большую сумму на создание благотворительного заведения, 20 000 рублей, внес Иван Кучумов. 2 000 рублей внес его внук. Своим поступком Кучумов воскрешает традицию купеческого зодчества на всеобщее благо. Но здесь он уже воздвигает не храм, а вносит средства на постройку Дома Призрения ближнего. Хочу уточнить, что название происходит от глагола «призреть», то есть забота, опека.

В ярославском художественном музее можно увидеть целую галерею портретов наших благотворителей, созданную художником Дмитрием Кореневым. Кстати, именно тогда в Ярославле появляется первый светский портрет. Галерея состоит из двух портретов в полный рост — Н. П. Мельгунов и Иван Кучумов. А также семнадцать погрудных портретов благотворителей. В отличие от подобных столичных галерей, эта галерея сохранилась до наших дней полностью.

По легенде, Иван Кучумов — потомок сибирского царя «Кучума», сын которого Алтанай некоторое время жил в 15 веке в Ярославле. Купец 1-й гильдии, владелец крупного состояния, в т. ч. земельных участков и кожевенного завода, крупнейшего в Ярославле в конце XVIII века В 1777 г. на нем вырабатывалось наемными людьми 25 000 красных кож.

Юфть, сафьян, жирование, золение, квасцевание, жеребок, сыромять — все эти слова связаны с кожевенным производством, которое в Ярославле в 18 веке превращается в один из ведущих промыслов. Кучумовский кожевенный завод был одним из крупнейших в городе. «Красная» кожа — это красная юфть, которую получали, обрабатывая хорошо выделанную кожу квасцами и окрашивая красным деревом. Русская кожа была высочайшего качества и служила одним из главных предметов экспорта.

Как ни удивительно, но секретом изготовления русской кожи, а именно так называлась юфть, очень интересовались иностранцы. Им импонировал особый аромат, который шел от изделий из юфти, и впоследствии, правда, уже намного позже, были даже созданы духи, которые назывались «Русская кожа».

Желая добиться такого же качества кожаного материала, иностранные промышленники предприняли множество попыток выведать секрет изготовления русской кожи, но безрезультатно. Ни промышленный шпионаж, ни подкуп инсайдеров не увенчались успехом — узнать секретную технологию от начала до конца и получить хотя бы отдалённо похожую юфть за всю историю русской кожи не удалось ни одному иностранному производителю.

Некоторые европейские кожевенники, отчаявшись заполучить русское ноу-хау, пытались фальсифицировать русскую юфть, обильно натирая кожи собственного производства дёгтем. Результаты были плачевными — поддельный товар с головой выдавал неправильный запах. Настоящая русская юфть пахла непередаваемым сочетанием ароматов кожи, тюленьего жира и берёзового дёгтя. «Сие есть дух столь своеобычный, что никакой другой ему не подобен, и всякий, единожды его вдыхавший, обмануться уже не может», — так об аромате русской кожи писала немецкая «Экономическая Энциклопедия» 1784 года.

Первым документально известным представителем купеческого рода Лопатиных считается Михаил Иванов большой Лопатин (ок. 1728−1765). Один из его сыновей, Яков (1760−1797) записался в купечество, в 1780-х гг. он построил дом на Пробойной улице (ныне — угол улиц Трефолева и Советской).

Два его сына — Семён (1786−1831) и Иван (ок. 1788−1832) положили начало двумя ветвям рода.

Одним из самых известных представителей первой ветви является Яков Семёнович Лопатин (1819−1893), состоявший в первой гильдии ярославского купечества, был известен своей благотворительной деятельностью. Он создал первую в Ярославле духовную церковно-приходскую школу, а в 1863 г. — Ярославский Екатерининский дом призрения ближнего. В 1889 г. Я. С. Лопатин в числе немногих купцов получил звание коммерции советника.

Трагическая судьба сложилась у его внука, Владимира Семёновича Лопатина (1879−1918).

Окончив физико-математический факультет Московского университета, он вернулся в родной город. С 1909 г. В. С. Лопатин стал главным инженером Ярославля, занимался решением экологических проблем, выступал с публикациями в газете «Голос». В 1917 г. он был назначен городским головой, но пробыл на этом посту только четыре с половиной месяца. Во время ярославского восстания В. С. Лопатин был выбран членом городской управы. Считается, что ему удалось дать воду в осаждённый город. 21 июля он был арестован, а 26 сентября был приговорён к расстрелу.

Интересная судьба представителей второй ветви рода, ведущей своё начало от Ивана Лопатина. Его сыновья, Павел и Александр, в 1840-х гг. организовали торговый дом, занимавшийся оптовой торговлей ситцами и другими хлопчатобумажными изделиями. Дети Александра Ивановича, рано оставшиеся без отца, получили богатое наследство. Старший сын, Николай, получив в своё распоряжение 50 тыс. рублей, начал вести разгульную жизнь, в 1869 г. был объявлен несостоятельным должником, а в 1872 г. умер от чахотки. Судьба его брата, Владимира, сложилась более удачно. Он стал известным ярославским фотографом, создав уникальный альбом «Храмы города Ярославля», где представлены множество церквей, разрушенных после революции.

Многие из потомков Якова Семёновича Лопатина и его брата Егора стали людьми свободных профессий. Геннадий Яковлевич Лопатин стал артистом МХАТа, Вячеслав Геннадьевич — врачом; пра-пра-правнуки Семёна Яковлевича, Пётр Вячеславович — доктором фармацевтических наук, а Борис Вячеславович — химиком.

Ваганова И. В. Последний городской голова Владимир Лопатин // Городские новости. 2009. № 13 (25 февраля). С. 14.
Купеческий дом Лопатиных // Деловые вести Ярославии. 2005. № 5 (август-сентябрь). С. 36−37.
Лопатины // Короли бизнеса — столпы империи: десять веков ярославского купечества. Ярославль, 2013. С. 136−137.
Обнорская Н. В. Ярославские купцы Лопатины // Ярославль купеческий: история и современность. Ярославль, 2006. С. 65−69.

Купцы Лопатины трижды возглавляли думу
Мы продолжаем рассказывать о тех, кого в прошлые века ярославцы выбирали городским головой. В этом выпуске «Муниципальной среды» остановимся на купцах Лопатиных — трое представителей этого старинного купеческого рода в разное время занимали почетный пост городского головы: в 1860 — 1862 годах Павел Иванович Лопатин, в 1863 — 1865 годах Яков Семенович Лопатин и в 1917 году Владимир Семенович Лопатин.

Династия торговцев тканями
Сегодня речь пойдет о двоюродных братьях — Павле Ивановиче и Якове Семеновиче Лопатиных, поочередно возглавлявших город в эпоху «Великих реформ» XIX века.
Для торгового Ярославля, где огромные капиталы ковались порой за пару десятилетий, Лопатины — купцы «старинные». У истоков купеческого рода Лопатиных, возможно, стоял ярославец Баженко Лопатин, упоминаемый в «Записной пошлинной книге» еще в 1613 году. Так или иначе, Ярославль,
несомненно, был для Лопатиных родным. Спустя полтора века, при Екатерине Великой, Яков Михайлович Лопатин, записавшись в купечество, положил начало династии торговцев тканями, известной и за пределами губернии. 

В Ярославле Лопатиным принадлежал каменный дом на углу Пробойной (теперь ул. Советская) и Варваринской (ныне ул. Трефолева). Став родовым гнездом для большой купеческой семьи, этот дом видел и успехи, и неудачи, и трагедии. Ранняя смерть Якова Михайловича на время вывела семью из купечества, но его сыновья Семен и Иван, достигнув зрелого возраста, вновь записались в III гильдию. Однако указ 1809 года запрещал братьям находиться в одном капитале, и Ярославский городской магистрат приказал им произвести раздел. С тех пор каждый из братьев повел дела самостоятельно.

Голова, торгующий ситцами
Две линии купеческого рода Лопатиных — две истории успеха, путь к которому был непростым. Эпидемия холеры, бушевавшая в 30-х годах XIX века, оборвала жизнь старшего из братьев — Семена Яковлевича. А младший брат Иван, продолжая торговлю, завещал свое дело двум сыновьям — Павлу и Александру. В 40-х годах XIX века они одними из первых в городе организовали собственный торговый дом под названием «П. и А. Лопатины», успешно торгуя ситцами и хлопчатобумажными материями на крупнейших ярмарках страны.
Это, впрочем, не помешало Павлу Ивановичу вести активную общественную жизнь в родном Ярославле. В 1860 — 1862 годах он занимает пост городского головы, а время, заметим, было тогда совсем непростое. Главным вопросом, волновавшим Россию, была отмена крепостного права и последовавшие за ней реформы. Впрочем, и о делах насущных в Ярославле не забывали: при Павле Лопатине в Ярославль была проведена телеграфная линия, открылась первая в городе женская гимназия и первая бесплатная больница для бедных — знаменитая лечебница Общества врачей на Волжской набережной. В это же время в Ярославле начинают действовать Общество воспомоществования бедным и воскресные классы для рабочих, где неграмотные ярославцы могли получить начальное образование.
При всех этих заботах Павлу Ивановичу удавалось вести семейный бизнес к процветанию. Племянники, унаследовавшие долю рано умершего брата, как ни странно, не проявляли интереса к коммерческим делам: Николай, объявленный несостоятельным должником, умер от чахотки, а Владимир стал одним из самых известных в городе фотографов, оставив 12 бесценных фотоальбомов с видами Ярославля.

Богоугодные дела
Торговлей Павел Лопатин занимался практически в одиночку, но не без успеха. Наставало время подумать и о собственном производстве. В 1861 году он приобрел ситценабивную фабрику у купца из Вознесенского посада (в будущем город Иваново-Вознесенск), и это предприятие, остававшееся в руках Лопатиных вплоть до революции, стало основой семейного дела.
При этом как на посту городского головы, так и в течение всей жизни Павел Иванович уделял огромное внимание благотворительности и «богоугодным» делам. Он выступал попечителем кафедрального Успенского собора, помогал епархиальному училищу, а священник А. Тальянов писал о Павле Ивановиче: «Наши приходские храмы служат лучшими памятниками его усердия. Они обязаны ему своим настоящим благолепием и благополучием».
В целом же в Ярославле XIX века, пожалуй, не было ни одного благотворительного учреждения, не знавшего щедрости Лопатиных. Представители этой купеческой династии состояли в Комитете попечительства о слепых, поддерживали сиротские приюты, местный комитет российского Красного креста и общину сестер милосердия.

Теперь — кузен
Стоит ли удивляться, что следующим ярославским городским головой вновь стал представитель столь деятельной и авторитетной семьи — Яков Семенович Лопатин. Своему предшественнику он приходился кузеном, продолжая линию Семена Яковлевича, умершего от холеры. Потеряв во время эпидемий не только отца, но и старшего брата, Яков Семенович сумел продолжить бизнес, возглавив торговый дом «Я., Е. и А. Лопатины».
Оборот фирмы поначалу был небольшим, но постепенно семья вступила в I гильдию. В 1854 — 1857 годах Яков Семенович был бургомистром городского магистрата, а с 1863 года сменил двоюродного брата на посту городского головы. Как и Павел Лопатин, он заботился о насущных нуждах малообеспеченного населения: стараниями Якова Семеновича в Ярославле были открыты Духовская церковно-приходская школа и городской приют для сирот. Пробыв в должности два года, он участвовал в подготовке к осуществлению судебной реформы и даже принимал в Ярославле цесаревича Николая Александровича — старшего брата Александра III.

Меценат, «холодный на вид»
С середины 60-х годов XIX века семья Якова Лопатина, продолжая жить в Ярославле, уже числится в рядах московского купечества. Впоследствии им будет принадлежать собственная фабрика в Подмосковье, а племянники Якова Семеновича, женившись на дочерях фабриканта Локалова, получат в наследство знаменитую льняную мануфактуру в Гаврилов-Яме. Именно эта ветвь Лопатиных добьется наибольшей известности в России, но с земляками и родным городом Яков Семенович не расстанется никогда.
«Коренной житель Ярославля. С 12 лет сирота, сам нажил состояние» — так говорилось о нем в некрологе. Одним из немногих ярославских купцов Яков Семенович удостоился высокого звания — «коммерции советник». С 1868 года он более десяти лет оставался в Ярославле почетным мировым судьей, а горожане знали его как щедрого мецената, «холодного на вид», но делавшего немало добра, подававшего «тихую милостыню» и без лишних слов служившего на благо родного города.

Купец, городской голова Ярославля (15.02.1798 — декабрь 1800 г., 01.01.1805 — декабрь 1807 г.). Был представителем старинного ярославского купеческого рода Москотильниковых, известного со 2-й половины XVII в. Семья занималась торговлей, в основном. Тканями, и была очень богатой по меркам Ярославля: имела в городе несколько домов, десятки лавок и земельных участков.

Купец второй гильдии Федор Афанасьевич Москотильников занимал пост городского головы дважды: с февраля 1798 по декабрь 1800 года и с января 1805 по декабрь 1807 года. Четвертый городской голова принес Ярославлю немалую пользу и заслужил всеобщее уважение.

Купеческий род Москотильниковых известен со второй половины XVII века. Семья занималась торговлей, преимущественно тканями, и владела в Ярославле несколькими домами, земельными участками и десятком лавок. Когда Федор Афанасьевич был избран городским головой, семья входила во вторую купеческую гильдию с не самым большим капиталом — 5200 рублей.

В начале XIX века Ярославль переживал бурное экономическое развитие. Численность населения выросла до 20 тысяч человек. Стремительно увеличивалось количество промышленных предприятий. В 1802 году в городе работало два полотняных, пять шелковых, пять мишурных мануфактур и 69 различных заводов: медных, шляпных, скорняжных, белильных, купоросных, кожевенных, масляных, свечных, кирпичных. Самой огромной была Ярославская Большая мануфактура с числом работников 3,5 тыс. человек.

Набирало темпы гражданское строительство. Постепенно оформлялась система широких улиц и площадей. Центром Ярославля стала Ильинская площадь, от которой веером расходились главные улицы: Угличская (совр. Кирова), Пробойная (Советская), Воскресенская (Революционная) и Рождественская (Б. Октябрьская). Уже в начале ХIХ века в Ярославле насчитывалось 86 улиц, 1257 каменных зданий, из которых 334 жилых дома и 785 лавок.

Новый городской голова активно включился в управление беспокойным городским хозяйством. При Федоре Афанасьевиче в Ярославле продолжилось бурное строительство и переустройство города по новому утвержденному Екатериной II плану. По личной инициативе Москотильникова в 1799—1800 годах на собранные с горожан деньги на Рождественской площади строится 48 новых деревянных лавок. В 1805 году торжественно открывается первый ярославский вуз — Демидовское высших наук училище.

Одна из самых больших заслуг Федора Афанасьевича на посту городского головы — возросший городской бюджет. Сохранилась подробнейшая опись доходов и расходов Ярославля за 1807 год. Доходы по разным статьям — рыбная ловля, покосы казенных лугов, питейные контракты, аренда городской недвижимости, добровольные взносы — составили 23 509 рублей 35 копеек. А расходы — укрепление берега Волги, строительство лавок, деревянных мостов, выстилка мостовых, устройство прудов, содержание различных ведомств — 22 815 рублей 40 копеек. Говоря современным языком, бюджет Ярославля в 1807 году был профицитным. Но это не все. Городская дума выполнила обещание «прилагая свое старание, приумножить градские доходы», данное 16 лет назад вышестоящему начальству, и увеличила доходы более чем в десять раз.

Общественный вес купца Москотильникова был велик. Судить об этом можно по тому, что Федора Афанасьевича да еще двух купцов (А. Красильникова и А. Протасова) ярославское купеческое и мещанское общество избрало депутатами на коронацию императора Александра I.

В 1801 году, когда Александр I взошел на трон, Федор Москотильников уже не был городским головой Ярославля, однако ярославцы оказали ему высокое доверие, делегировав на торжества. По свидетельству современников, коронация Александра I в Москве привела в восторг тысячи людей из российских губерний и укрепила царскую власть. Впечатлены были и ярославские купцы. Служили они государю верно, преимущественно кошельком, финансируя не только городские, но и государственные проекты.

Пример тому — земское ополчение, или «милиция», которое с началом наполеоновских войн в Европе создавалось по всей России. К январю 1807 года такое ополчение появилось и в Ярославле. Руководил им ярославский дворянин генерал-майор  Я. И. Лихачев. В ярославскую «милицию» вошли 265 человек из мещан, каждому полагалось жалованье по три рубля и трехмесячный провиант. Ярославское купечество планировало собрать на содержание «милиции» 56 567 рублей, а удалось — 56 307 рублей. Четыре «несознательных» купца денег пожалели. О недоимке было сообщено в городскую полицию, о чем свидетельствует запись в журнале Ярославской городской думы. Вот так строго следили наши предки за «неплательщиками». Тем не менее собранная сумма была внушительна. В 1808 году за патриотизм и вклад в общее дело ярославское городское общество и городская дума были награждены грамотой Александра I.

Деловая хватка Федора Москотильникова проявилась не только в общественных, но и в личных делах. В отличие от своих предшественников, до него занимавших пост городского головы, он, сложив свои полномочия, не только не обеднел, а даже разбогател. По завещанию Москотильников оставил своим наследникам движимого и недвижимого имущества на сумму 120 тысяч рублей. А детей у него было одиннадцать.

Федор Афанасьевич пережил всех трех своих супруг. В семнадцать лет он женился на 16-летней посадской девице Устинье, та умерла в 29 лет, не оставив детей. В 1778 году Федор Афанасьевич женился во второй раз на дочери купца из Борисоглебска Наталье Волковой, с которой прожил 20 лет. От этого союза родились трое детей. Вторая супруга скончалась от чахотки в возрасте 37 лет. Через несколько месяцев после ее кончины Москотильников вновь вступает в брак, на этот раз с дочерью ярославского купца Пелагеей Баловой. За тринадцать лет совместной жизни у них родились восемь детей, двое из них умерли в раннем детстве. Пелагея Дмитриевна скончалась в 1811 году. А Федор Афанасьевич прожил до 75 лет. Умер он «от удушья» в 1821 году. Похоронен четвертый городской голова на Леонтьевском кладбище.

Дети Москотильникова остались в купечестве, но большой роли в общественной жизни Ярославля не играли. А любимому городу Федор Афанасьевич еще в 1809 году пожертвовал одноэтажный каменный дом близ Леонтьевской церкви для устройства богадельни.

По материалам Государственного архива Ярославской области.

Род ярославских купцов Матвеевских берёт начало со 2-й половины XVIII века. Выходцы из крестьян графа Орлова с начала XIX века, разбогатев на винной торговле, обосновались в Ярославле. В 1809 г. три брата — Степан, Павел и Иван Матвеевские разделили капитал. Павел уехал в Санкт-Петербург, Степан занялся торговлей сахаром и галантерейными товарами, а Иван, продолжив семейное дело, в 1830-х гг. начал торговать тканями и хлебом.

Степан Петрович Матвеевский (ок. 1772–1824) дважды (1812–1814 и 1815–1817 гг.) занимал должность городского головы, отличаясь безупречной честностью и преданностью делу. При нём был построен ансамбль Гостиного двора. 

Наибольших успехов добился Иван Петрович Матвеевский, который основал крупную торговую фирму, а в 1854–1856 также занимал пост городского головы. Его сын и внуки продолжили семейное дело, расширив торговлю вином и хлебом. К началу XX века фамилия Матвеевских перестаёт существовать, хотя потомки старинного рода продолжали жить в родовом доме.

Усадьба купцов Матвеевских, которая является первой в Ярославле постройкой в стиле строго классицизма, начала строиться в 1790-х гг. Она сохранилась до настоящего времени (современный адрес — площадь Челюскинцев) и за свою долгую историю неоднократно служила на благо города. В 1805-1807 гг. здесь располагалось Демидовских высших наук училище. В 1812 г. в стенах усадьбы нашли приют москвичи, бежавшие из города накануне нашествия Наполеона, в том числе семья графа Растопчина. В 1863 г. квартиру в усадьбе снимал ярославский губернатор. В 1912–1914 гг. часть помещений занимал семья инженера Петра Орлова, строившего мост через Волгу. Его дочь, знаменитая актриса Любовь Орлова, неоднократно навещала дом своего детства. В 1914–1918 гг. в усадьбе располагался музей естественно-исторического общества. Позднее, в конце 1960-х гг. усадьба засветилась в фильме “Цветы запоздалые”.

Александрова М. В. Усадьба пушкинской эпохи // Квартиры и цены. 2007. № 25 (2 июля). С. 16.
Алексеев В. П. Купцы Матвеевские и их усадьба // Деловые вести Ярославии. 2005. № 7. С. 36-37.
Матвеевские // Короли бизнеса - столпы империи : десять веков ярославского купечества Ярославль, 2013. С. 58-59.

7 ноября (26 октября) 1855 — 18 марта 1914

Происходил из ярославского купеческого рода, начало которому положил Дмитрий Николаевич Андронов (1804−1877). Последнему принадлежала мастерская по производству бронзовых и медных украшений для экипажей.
Николай Константинович Андронов закончил уездное училище и занялся торговлей железом и железными изделиями. Торговые предприятия размещались во втором корпусе гостиного двора и на Сретенской улице (ныне — улица Депутатская). Фирма также имела отделения в Москве, Туле, на Нижегородской и Ирбитской ярмарках. Николай Андронов торговал также и за границей, ездил за покупками в Баден-Баден.
Его общественная и благотворительная деятельность была весьма многогранной. В 1891 г. Николай Андронов занял должность гласного Ярославской городской думы, на которой он прослужил более десяти лет. Он также был директором ярославского тюремного комитета, пожизненным членом Ярославского губернского попечительства, членом городской арендной комиссии.
При Златоусто-Коровницком приходском попечительстве Николай Андронов в 1903 г. основал бесплатную библиотеку-читальню, от которой ведёт родословную нынешняя ярославская библиотека-филиал № 12 им. А. П. Чехова. Немного раньше, в 1899 г., в селе Григорьевском Норской волости Ярославского уезда была открыта ещё одна библиотека.

На территории родовой усадьбы, ныне находящейся на улице Терешковой, Николай Андронов на свои средства построил здание богадельни. Владельцем усадьбы Николай Андронов стал в 1888 г. Помимо самого особняка на территории усадебного комплекса находились флигель, уже упомянутая богадельня, конюшенный и каретный двор, деревянная часовня, сад с китайской беседкой и фонтаном. После революции усадьба была превращена в коммуналку, а сад погиб.
Современники высоко оценили деятельность Николай Константиновича Андронова. Меценат был награждён Орденом Св. Анны III-й степени, двумя золотыми и одной серебряной медалью.

Алексеев В. П. Николай Константинович Андронов // Деловые вести. 2005. № 4. С. 64−65.
Викторова В. Г. Достоин долгой памяти (Н. К. Андронов — купец, меценат и гражданин) // Ярославль купеческий: история и современность. Ярославль, 2006. С. 74−75.
Николай Андронов // Короли бизнеса — столпы империи. Ярославль, 2013. С. 142.

Вахромеев Иван Александрович

13 (25) августа 1843 — 26 декабря 1908 (8 января 1909)
Родился 13 (25) августа 1843 года в Ярославле, в купеческой семье.
Умер 26 декабря 1908 (8 января 1909) года в Ярославле. Похоронен на Леонтьевском кладбище.

Его отец, Александр Иванович Вахрамеев (1813−1895), сын хлеботорговца Ивана Фёдоровича Вахрамеева, к концу жизни стал купцом 1-й гильдии, оставив сыну несколько мукомольных предприятий в Ярославле и губернии; также в 1895 году он был удостоен звания «Почетный гражданин города Ярославля».
Мать — Глафира Дмитриевна Чепахина (ок. 1822−13.01.1853), купеческая дочь.

Сестра — Надежда Александровна, в замужестве Титова (1847−1920). Её муж (с 1866) — Андрей Александрович Титов; сын — Александр Андреевич Титов, химик, предприниматель. 

Был женат (с 1864 г.) на Елизавете Семёновне Крохоняткиной (1844 — после 1918), дочери ярославского купца 1-й гильдии Семёна Ивановича Крохоняткина.
Их дети:

• Мария (25 марта 1865 — после 1930), в замужестве Курлова.
• Владимир и Максимилиан умерли в детстве от скарлатины (9 и 5 апреля 1875 г.).
• Александр (27.02.1875−29.05.1921), предприниматель. Его сын — Варфоломей Александрович Вахромеев, внук — Филарет (Вахромеев).
• Сергей (20.01.1881 — после 1931), инженер, предприниматель, общественный деятель — гласный Ярославской городской думы, почётный мировой судья. После смерти отца со старшим братом Александром возглавили семейное дело. После 1917 г. и национализации имущества служил главным инженером на своей бывшей мельнице. Жена — Ксения Геннадьевна Ямановская (1887 — ок.1974), дочь Геннадия Мироновича Ямановского (1848−1918), фабриканта в Иваново-Вознесенске.
• Семён (9.10.1884 — после 1971, Финляндия), чиновник министерства внутренних дел, участник Гражданской войны на Севере России (в армии генерала Миллера); эмигрировал в Финляндию. Его дети: Елизавета (1910−1976),
• Георгий (Юрий) (1914−1983/1985), Игорь (Игорь Вахрос).

Во второй половине XIX — начале XX вв. в Ярославской губернии «сосуществовали» все три стадии развития капитализма: мелкое товарное производство, капиталистическая мануфактура, крупная фабрично-заводская промышленность. После реформ
60−70-х гг. капитализм в промышленности стал развиваться гораздо быстрее. Росли фабрики и заводы, строились железные дороги. На смену крепостной России шла Россия капиталистическая. Из года в год увеличивалось количество предприятий, численность рабочих.
В 1961 г. в Ярославской губернии действовало около 30 фабрик с 4,5 тыс. рабочих, а в 1898 г. — 184, на которых было задействовано 29 тыс. человек. Эти цифры свидетельствуют, что в пореформенный период в крае выросла крупная фабрично-заводская промышленность.
Отраслевая структура промышленности губернии делилась на пять групп: 1) текстильное производство; 2) пищевкусовая; 3) химическая; 4) металлообработка и машиностроение; 5) деревообрабатывающая и бумажная.
Наиболее важной для края являлась первая группа. Текстильное производство включало в себя бумагопрядильную, бумаготкацкую и полотняную отрасли. В нём действовало два мощных предприятия: Ярославская Большая мануфактура (ЯБМ)
и полотняная фабрика Ф. А. Позднякова.
Вслед за текстильной шла пищевкусовая промышленность. Здесь выделялись паровые мукомольные мельницы и табачные фабрики. В 1895 г. в губернии действовало 14 паровых мельниц, из которых крупнейшими были А. И. Вахрамеева в Ярославле, Галунова, братьев Истоминых, Калашникова в Рыбинске и уезде. Все четыре табачные фабрики губернии размещались в Ярославле. Две из них (И. Н. Дунаева и наследников Вахрамеева) были основаны ещё в дореформенное время, две другие (В. и Ф. Вахрамеевых и братьев Вахрамеевых) — в 70-е гг. XIX в. Табачные фабрики производили нюхательный и курительный табак. Ярославские фабрики снабжали табаком город, губернию, а также соседей — костромичей и новгородцев.

В XVII веке будущие Вахрамеевы, тогда ещё не носившие эту фамилию, были приписаны к жителям Сретенской сотни города Ярославля. Вся жизнь рода была связана с храмом Благовещения Пресвятой Богородицы. В приходе именно этой церкви, по сведениям потомков, располагался дом с масляным заводом Алексея Масленика (Масленикова) — первого известного представителя семьи. Маслениковым звался и сын Алексея Варфоломей, а вот наследники последнего стали Вахрамеевыми: от простонародного произношения имени Варфоломей — «Вахромей». Жившие в конце XVIII — первой половине XIX века потомки Алексея Масленика Андрей Фёдорович (1783−1854) и Иван Фёдорович (1786−1838) Вахрамеевы положили начало двум ветвям рода.
Андрей Вахрамеев вёл торговлю табачным товаром и содержал важню (городские торговые весы). В 1837 году он записался в ярославское купечество, а в 1844-м был зачислен в купцы 2-й гильдии. К этому времени Андрей Фёдорович с многочисленным семейством перебрался из родового гнезда в двухэтажный каменный дом, приобретённый им в Закоторосльной части города. Здесь он организовал табачное, белильное и помадное производства. Последнее к 1850 году было перепрофилировано в ватное. Продукция этих предприятий, а также бакалея и парфюмерия, продавались в его трех лавках в центре города.
Табачное производство Андрея Фёдоровича, в 1828 году представлявшее собой мелкий заводик с четырьмя рабочими, где сам хозяин был мастером, к 1880-м годам в руках его потомков значительно расширилось. На 1881 год это были три табачных фабрики в разных частях Ярославля (в том числе — знаменитая «Феникс»), на которых в совокупности работало 172 рабочих, а продукции выпускалось приблизительно на 400 тыс. руб. К началу XX века на этих предприятиях работало уже более 600 рабочих, а годовое производство на двух из них превышало 1 млн руб.
Другой сферой вложения капиталов представителей этой ветви Вахрамеевых стало химическое производство. В начале XX века они владели четырьмя предприятиями этой отрасли: двумя свинцово-белильными и краскотерочными, одним свинцово-белильным и одним химическим и свинцово-прокатным. Кроме того, в разное время им принадлежали другие небольшие предприятия (маслодельное, по производству духов). Продукцией своих предприятий Вахрамеевы торговали как в своих магазинах в Ярославле, так и в других городах России, а также за границей.
Иван Фёдорович Вахрамеев, в отличие от брата, стал заниматься хлеботорговлей. Дело продолжили два его сына. Наиболее заметный след в истории Ярославля оставил старший — Александр (1813−1895). Этот купец второй гильдии, позднее перешедший в первую, за многолетнее пребывание в торговой элите в январе 1882 года возведённый вместе с семейством в сословие потомственных почётных граждан, стал одним из наиболее состоятельных ярославских предпринимателей. Александр Иванович основал несколько мельниц в Ростовском уезде, а в 1882 году приобрёл ранее принадлежавшую Крохоняткиным паровую мукомольную мельницу в Ярославле на берегу Которосли. Это было одно из крупнейших предприятий города. По числу рабочих (183 человека) и по "сумме выработки" (около 730 тысяч рублей за 1876 год) оно уступало лишь Ярославской Большой мануфактуре. Александр Вахромеев проявил себя не только в коммерции, но и в общественной жизни: на один срок он был избран городским головой.
Дело Александра Ивановича продолжил его единственный сын, самый известный представитель династии — Иван (1843−1908). Сохранив и даже приумножив семейный капитал, он завоевал любовь и уважение ярославцев своей заботой об общем благе. Похоже, предпринимательство было для Ивана Александровича в первую очередь средством, позволявшим отдаваться любимым занятиям: общественной деятельности, коллекционированию, изучению истории.
После смерти отца его сыновья Александр и Сергей организовали товарищество «Торговый дом хлебных товаров Ивана Александровича Вахромеева сыновья» с основным капиталом в 2 млн руб. Эта фирма занимал шестое место в России по величине капитала среди торговых домов в промышленной сфере. За время своего существования как единоличное предприятие и торговый дом она удостоилась высших наград на 9 международных и всероссийских выставках, в том числе в Париже, Чикаго, Нижнем Новгороде. Дети также продолжили традицию активной общественной деятельности и благотворительности. В знак уважения заслуг Вахромеева-старшего в 1913 году семья была возведена в потомственное дворянство.
Революционные события 1917 года прервали деятельность фирмы Вахромеевых, навсегда изменив жизнь членов этой семьи.

Владелец двух паровых мельниц в Ярославле и Ростове, маслобойного завода, один из учредителей «Товарищества ростовского цикорного производства». Главной же деятельностью являлась торговля зерном и его переработка. Среди мукомольных заводов России «Торговый дом хлебных товаров И. А. Вахромеева с сыновьями» занимал шестое место и перед революцией выпускал продукции на 2,5 млн руб. в год. Продукция предприятия была высоко оценена на всероссийских и международных правительственных выставках.
Иван Вахрамеев активно расширял горизонты семейного бизнеса. К началу XX века, помимо мукомольного производства,
ему принадлежали свинцово-белильный и маслобойный заводы, 2 парохода, а также многочисленные магазины и лавки.
В 1897 году вместе с зятем Андреем Титовым Иван Александрович учредил в Ростове товарищество «И. Вахрамеев и К^o», включавшее цикорную фабрику, паточный и саговый заводы.

Управляя крупным бизнесом, Вахромеев был сторонником строгой дисциплины, но умел ценить хороших работников. Учреждал пособия, пенсии и всячески поощрял своих служащих. Местом «у Вахрамеева» дорожили: специалисты работали у него десятки лет, а иные, благодаря достойному заработку, выходили «в люди» и открывали собственное дело.

По политическим взглядам сочувствовал Союзу 17 октября.
Много сил Иван Александрович уделял работе на благо общества. В 32 года был избран гласным Городской Думы (1875).
16 лет в общей сложности (с 1881-го по 1887-й и с 1897-го по 1905-й) был ярославским городским головой. Современники считали, что только благодаря его усилиям город стал чище, удобнее, современнее. По его инициативе была приведена в порядок Ильинская площадь. На огромной и пыльной Плац-парадной площади, утратившей к концу XIX века свое значение, разбили сквер, который при его жизни называли «Вахромеевским» (ныне Демидовский сквер). Приведена в порядок обветшавшая к тому времени Волжская набережная и построена набережная реки Которосль у Стрелки, на ней высажены деревья. Были вымощены некоторые городские улицы. Но главное, что было им достигнуто и что в корне преобразило жизнь в Ярославле, — это открытие водопровода (1883), появление телефонной связи (1896), электрического освещения и трамвайного сообщения (1900). Для городской бедноты было возведено здание Ночлежного дома, а близ Вознесенских казарм открылась бесплатная библиотека-читальня — «с целью отвлечь народ от кабаков». Там, где городских ресурсов на благоустройство не хватало, городской голова без лишних разговоров вкладывал в общее дело личный капитал.

Вахромееву не удалось получить систематического образования, но это не мешало ему вести активную общественную деятельность. Он состоял в различных научных обществах, комиссиях, был заседателем многочисленных советов, комитетов, совещаний. Являлся членом Императорского русского общества истории и древностей российских, Московского и Петербургского археологических обществ, Императорского географического общества.
Изучал ярославские древности. Являлся одним из учредителей Ярославской губернской ученой архивной комиссии (ЯГУАК),
с 1889 года состоял её действительным и почетным членом, казначеем, а последние два года жизни (1906−1908) — председателем.
На его средства были изданы несколько сборников «Трудов ЯГУАК», четыре тома Актов Спасского монастыря, «Княжеские и царские грамоты», кормовые и описные книги ряда монастырей, посмертно — Акты Угличской провинциальной канцелярии. Содействовал созданию музея комиссии (Древлехранилища) и передал в него часть своей коллекции, например, коллекцию русских монет, а также часть книг из личной библиотеки. Член комитета по управлению Ростовским музеем церковных древностей.

Собрал богатую коллекцию, одну из крупнейших в России, старинных рукописей, обширную библиотеку, нумизматический кабинет. Приобрел архивы местных краеведов Вадима Лествицына и Николая Корсунского. Описание славянских и русских рукописей из его коллекции, выполненное ростовским краеведом Андреем Титовым, было издано в шести томах. По завещанию Вахрамеева его собрание было передано Российскому историческому музею.

По инициативе Вахромеева городской театр (с 1811 года — имени Ф. Г. Волкова) был приобретён из частных рук в городскую собственность, чтобы «служить проводником высоконравственных идей».

На средства Вахрамеева была осуществлена реконструкция Ильинской площади и реставрация церкви Ильи Пророка, он пожертвовал 60 000 рублей серебром. В 1889 году на его средства была отреставрирована надпрестольная сень, которую из-за ветхого состояния предполагалось отправить в московское древлехранилище. На заседании Городской думы И. А. Вахромеев решительно выступил против такого решения. Церковь, один из шедевров ярославской архитектуры XVII в., была полностью отреставрирована, причем восстановительные работы сейчас считаются образцом бережного отношения к памятникам прошлого.
В 1896 году его инициативой возведена ограда вокруг церкви, рисунок для которой выполнил академик А. И. Павлинов. В 1889—1904 годах были произведены ремонтные и реставрационные работы в церкви по проекту профессорам Николаям Султанова, под наблюдением московской археологической комиссии. В 1906 году издал монографию «Церковь во имя святого и славного пророка Божия Ильи в г. Ярославле». На его средства производился также ремонт ярославских церквей Иоанна Предтечи и Петра Митрополита.
На средства И. А. Вахромеева издано несколько томов ценных исторических документов (в том числе из его личного собрания),
а также сборников и монографий. Отреставрирован знаменитый памятник Петру Демидову («медный столб»).

Жертвуя огромные суммы на благо Ярославля, Иван Александрович делал это «без шума», спокойно и просто. В частности, при Вахрамееве в городе было учреждено добровольное Вольно-пожарное общество, но финансов на постройку нового депо не хватало. Один из членов Общества, С. В. Дмитриев вспоминал, как ходили с подписным листом собирать деньги на каланчу. По смете на строительство требовалось 7,5 тысяч рублей. «Вахрамеев взял лист, что-то подписал и подал нам его обратно. При нем, понятно, неудобно было рассматривать, что и сколько написано в листе. Выйдя на улицу, заглянули и ахнули: подписано „10 000 рублей. И Вахр…“ (он очень плохо писал)».

В 1887 году удостоен звания почётного гражданина города Ярославля за многочисленные заслуги перед ярославцами и благотворительность.

История Ярославского края с древнейших времён до конца 20-х гг. XX века / А. М. Пономарева, В. М. Мараванова,
В. П. Федюк и др.; отв. ред. А. М. Веливанов; Яросл. гос. ун-т. — Ярославль, 2000. — 368 с.: ил. — ISBN 5−8397−0024-Х. — Текст: непосредственный.
Короли бизнеса — столпы империи: десять веков ярославского купечества / авт. текста М. В. Александрова и И. В. Ваганова; фото Д. Ваганова, Н. Котов, Е. Туркина, С. Шубкин; авт. идеи М. Л. Крупин. — Ярославль: Академия 76, 2013. — 229 с.: ил, карты, портр. — На обл. и тит. л. в надзаг.: К 200-летию торг. т-ва «Братья Елисеевы». — ISBN 978−5−9060−4012−1. — Текст: непосредственный.
Ярославские предприниматели-меценаты XVIII—XIX вв.: дайджест / Яросл. обл. дет. б-ка им. И. А. Крылова, Отд. справ.-библиогр. и информ. работы; [сост.: Н. Н. Кострушина; ред.: Е. Г. Козюра]. — Ярославль: [б. и.], 2007. — 55 с.:
портр. — (Великие земляки). — Текст: непосредственный.
Ярославское купечество: истории созидания / О. С. Гожалимова, Н. В. Обнорская, Л. Б. Сукина [и др.]; под общ. ред. В. В. Горошникова; [фот.: И. Бесхлебный и др.]. — Рыбинск: Медиарост, 2022. — 173, [2] с.: цв. ил., портр., фот., факс. — (Библиотека ярославской семьи). — ISBN 978−5−906 071−30−9. — Текст. Изображение: непосредственные.

Градусов Николай Михайлович (1849−1906)

Николай Михайлович Градусов был ярославским купцом, промышленником и домовладельцем, известным своей деятельностью и постройкой жилого дома на Московском проспекте. В конце XIX века он владел комплексом домовладений, включая доходные дома, магазины и трактир. Построенный им дом был включен в перечень выявленных объектов культурного наследия Ярославской области под названием «Дом жилой Градусова».

• Предпринимательская деятельность: Николай Градусов был успешным купцом и промышленником, который к началу XX века владел комплексом недвижимости в Ярославле, за Которослью, включающим доходные дома, магазины, гостиницу и трактир.
• Жилой дом: В 1893 году он подал прошение об устройстве сквера или бульвара вдоль Московского шоссе напротив его дома, который был построен для личного пользования.
• Объект культурного наследия: После национализации в 1918 году, дом был передан детскому саду, а в 1993 году получил статус «Дом жилой Градусова» как выявленный объект культурного наследия Ярославской области.
• Связь с Ярославлем: Градусов известен как значимый домовладелец и предприниматель в истории Ярославля, чье имя связано с историческим зданием на Московском проспекте.

Градусовы, купеческий род
Родоначальником купеческого рода Градусовых является крестьянин Андрей Николаевич Градусов, один из сыновей которого, Михаил, с 1849 г. начал заниматься торговой деятельностью в Ярославле. На Большой Московской улице он имел трактирное заведение, молочную лавку и постоялый двор. С 1863 г. Михаил Андреевич Градусов значился в числе временных 2-й гильдии купцов Ярославля с капиталом в 6000 рублей. В 1868 г. он усыновил сына родной сестры Александры Андреевны — Николая, который стал крупным предпринимателем и меценатом.
Приумножив полученное наследство, Николай Михайлович Градусов (1849−1906) стал владельцем бакалейной лавки, трактира с винным погребом, нескольких доходных домов и гостиницы под названием «Метрополь», которая была одной их самых популярных и недорогих. В 1903 г. на Большой Фёдоровской улице появилось каменное здание для городского училища, в котором первоначально планировалось разместить приют. Но из-за дефицита в Ярославле учебных заведений начального профиля в 1905 г. решено было открыть училище. Все расходы на содержание взял на себя Николай Михайлович. В 1906 г. училище приняло первых учеников. Примечательно, что помимо стандартных дисциплин по инициативе попечителя был введён целый ряд дополнительных предметов — гигиена, обучение музыке, игре на струнных инструментах. Сегодня в этом здании располагается Ярославское художественное училище.

Другим известным представителем семьи был Павел Андреевич Градусов (1842−1899). В его собственном доме на Большой Московской улице размещалось большое торговое предприятие, в состав которого входили лавки, контора по перевозки клади и трактир. Павел Андреевич избирался гласным Ярославской городской думы, на протяжении 9 лет являлся директором Ярославского губернского тюремного комитета. Его общественная деятельность была отмечена двумя золотыми медалями.
После революции многие члены семьи Градусовых были вынуждены покинуть Ярославль. Их потомки живут в разных городах России.

Александрова М. Старое Градусово и его обитатели // Элитный квартал. 2010. № 8. С. 86−89.
Кузин С. Н. Меценатская деятельность Н. М. Градусова в ярославском образовании // Ярославль купеческий: история и современность. Ярославль, 2006. С. 36−38.
Купцы и меценаты Градусовы // Деловые вести Ярославии. 2006. № 4. С 36−37.
Николай Градусов // Короли бизнеса — столпы империи. Ярославль, 2013. С. 143.

Ярославский купец Николай Михайлович Градусов на собственные средства выстроил шикарное здание на Большой Фёдоровской и передал его в дар городу для открытия второго городского училища. В здании также была расположена домовая Никольская церковь.
В обращении в ярославскую думу Градусов писал о том, что единственного училища на Волжской набережной уже не хватает растущему городу:
«Последствия этого для детей наиболее многочисленной и наименее обеспеченной части населения города прямо тяжки. Число отказов в приеме желающим поступить в училище, из года в год увеличиваясь, достигло в нынешнем году ужасающей цифры 106 мальчиков. В виду чего, исходя из сознания насущнейшей необходимости в открытии второго городского училища и притом почти в центре Закоторосльной части, как наиболее населенного района Ярославля, — я заявляю о готовности своей предложить Городскому Управлению воспользоваться для этой цели вновь отстроенным мною каменным, под железной кровлею, двухэтажным зданием по Большой Федоровской улице…»
Содержание училища и церкви, ремонт и хозяйственные расходы Градусов брал на себя. От городских властей Николай Михайлович потребовал только двух условий: 1) назвать училище в его честь; 2) оплачивать содержание учителей.
Городская дума согласилась на условия купца. 23 августа 1906 года в доме на Большой Федоровской торжественно открылось 2-е имени Н. М. Градусова Ярославское городское трехклассное училище. А 30 ноября того же года купец скончался и был похоронен в склепе под алтарём Никольской церкви.
Сейчас в этом здании расположено Ярославское художественное училище. Интересно, что в 1998 году при ремонте здания была обнаружена надгробная плита Н. М. Градусова.

Дунаев Иван Николаевич (08.01.1842 — 08.03.1903)

Представитель купеческого рода Дунаевых, с именем которого связаны успехи табачной и спичечной фабрик в Ярославле.

Некоторые факты из биографии:

• В 1881 году организовал спичечное производство, став одним из пионеров массового производства в России безопасных «шведских» спичек. 
• В память о русско-турецкой войне фабрика Дунаевых получила название «Балканская звезда».  
• К началу XX века фирма располагала лавками в Костроме и Ярославле, конторой по закупке табака в Нежине, оптовым складом в Петербурге и складами в разных городах, включая Макарьев, Нижний Новгород, Казань, Елабугу, Саратов, Вятку, Котельнич, Пермь, Челябинск, Екатеринбург, Уфу, Бирск, Миасс, Тюмень. 
• Владел большими земельными угодьями в Ярославской и Новгородской губерниях, домами в Москве и Ярославле, содержал в Ярославле гостиницу «Царьград». 
• Неоднократно занимал различные общественные выборные должности: был гласным Ярославской городской Думы, членом местного ярославского управления Российского общества красного креста и других.  
• В 1884 году семья Ивана Николаевича Дунаева была переведена в купцы 1 гильдии, а в 1891 году он стал потомственным почётным гражданином.

Дунаевы, купеческий род
Купеческий род Дунаевых был известен в Ярославле с середины XIX в. Его основателем считается Николай Фёдорович Дунаев (ок. 1802 - 1880) — государственный крестьянин деревни Фомкино Ермоловской волости Угличского уезда. В 1849 г. он получил дозволение на табачную фабрику в городе Ярославле, а в 1861 г. он был записан в 3-ю гильдию ярославского купечества.
Самым известным из потомков Николая Фёдоровича считается его младший сын Иван (1842−1903). С его именем и именем его наследников связаны успехи табачных и спичечных фабрик фирмы Дунаева, благодаря которым Ярославль превратился в крупнейший центр табачной промышленности России. В память о русско-турецкой войне фабрика Дунаевых получила название «Балканская звезда». В 1881 г. на Никитской улице он организовал спичечное производство, став одним из пионеров массового производства в России безопасных «шведских» спичек. С 1896 г. Ивану Дунаеву было пожаловано особе право размещать государственный герб на упаковке продукции. Примечательно, что уже тогда фабрика становилась объектом дискуссий. Многие горожане требовали переноса за пределы городской черты вредного производства, отравлявшего соседние городские кварталы. По легенде, свой роскошный особняк Иван Дунаев построил именно для того, чтобы доказать безопасность такого соседства.
Особняк Дунаева, возведённый в 1886 г. по проекту архитектора Поздеева, славился великолепием интерьеров: гостей удивляло богатое оформление парадного зала, столовая «красного дерева с бронзой», сад с оранжереей. Одной из самых запоминающихся деталей фасада стали кронштейны балкона в виде античных мужских фигур.
Единственный сын Ивана Николаевича, Николай (ок. 1865 — 1902), умер раньше отца, оставив после себя жену и двух малолетних детей. Именно супруга Николая, Елизавета Яковлевна (ок. 1866 — после 1917) в 1903 г. возглавила фирму. В 1911 г. Дунаевы преобразовали фирму в "Дунаева И. Н. наследников акционерное общество табачной и спичечной фабрик" с капиталом в 4 млн. рублей.
После революции и особняк предприятия были национализированы, а некоторые из членов семьи подверглись заключению в концентрационный лагерь. По архивным данным, Дунаевы в первые годы советской власти жили на лестничной клетке бывшей гостиницы «Царьград», владельцами которой некогда являлись.

Александрова М. «Дом с атлантами» и его обитатели // Квартиры и цены. 2007. № 26. С. 15.
Дунаевы // Короли бизнеса — столпы империи: десять веков ярославского купечества Ярославль, 2013. С. 48−49.
Обнорская Н. В. Ярославский купеческий род Дунаевых // «От мудрости и святости былого…». Ярославль, 1999. с. 36−37.

Елисеев Григорий Петрович (1804−1892)
Средний сын основателя купеческой династии Елисеевых — Петра Елисеевича Елисеева, основатель Торгового дома «Братья Елисеевы», купец 1-й гильдии, один из учредителей и председатель правления Санкт-Петербургского частного коммерческого банка, член Петербургского биржевого комитета, гласный Городской думы, благотворитель, коммерции советник, действительный статский советник.

Елисеевы, купеческий род
Согласно документам, род Елисеевых берёт своё начало от Ивана Герасимовича, монастырского крестьянина из деревни Новоселка Ярославского уезда, имя которого упоминается в ревизской сказке 1745 г.
Первым известным представителем Елисеевых считается Пётр Елисеевич Елисеев (1776−1825), который в возрасте 37 лет переехал в Санкт-Петербург. Разбогатев на торговле иностранными винами и «колониальными товарами», он в 1824 г. открывает розничный магазин на Биржевой линии Васильевского острова. С этого времени начинает складываться «семейное гнездо» Елисеевых, которое просуществовало до 1917 г.
После смерти Петра Елисеевича дело продолжила его вдова Мари Гавриловна, а также сыновья — Сергей, Григорий и Степан. Именно старший из трёх братьев, Сергей Петрович Елисеев (1800−1858), стал во главе дела. К 1840-м гг. вина Елисеевых уже продавались в Лондоне и Нью-Йорке, а товарооборот достигал 15 000 бутылок в день. В 1857 г. Елисеевы учредили Торговый день «Братья Елисеевы», который в 1859 г. возглавил Григорий Петрович Елисеев (1804−1892).
С его именем связан расцвет торгового дома, оборот которого достигал уже 4 миллионов рублей серебром в год. В 1873 г. Торговый дом «Братья Елисеевы» на международной выставке в Лондоне получил золотую медаль, а в 1874 г. получил почётное право изображать на своей продукции государственный герб.
С 1898 г. начинает складываться сеть фирменных магазинов Елисеевых в крупнейших городах России, которые по праву считаются шедеврами предпринимательского искусства. В 1901 г. открылся магазин Елисеевых в Москве, на мероприятии присутствовал великий князь Сергей Александрович, сын Александра II и генерал-губернатор Москвы. А в 1903 г. открылся магазин на Невском проспекте в Санкт-Петербурге, который обсуждали во всех газетах, клубах и салонах города. В елисеевских магазинах того времени можно было купить абсолютно любой продукт — от свежих трюфелей и устриц до персиков и кокосов. Особой гордостью Елисеевых оставались и колониальные товары — кофе и чай. Причём, последний был представлен всевозможными сортами — китайскими, японскими, цейлонскими, индийскими и даже известным лишь тонким знатокам сортом с индонезийского острова Явы. Елисеевы были законодателями гастрономических традиций. Именно они открыли для столичных гурманов оливковое масло.
При этом Елисеевы оставались щедрыми меценатами, не забывавшими и свою малую родину. В селе Яковцево, в приход которого входила деревня Новоселка, они отреставрировали церковь и построили школу, здание которой сохранилось до настоящего времени.
За 15 лет, с 1898 по 1913 г. сумма общего оборота торговой империи превысила 360 миллионов рублей и была сравнима с годовым бюджетом государства.
Род Елисеевых продолжается и в настоящее время, по линии Григория Петровича и его младшего сына Григория, создателя знаменитого торгового бренда. Даниэль Елисеева — профессор общей истории искусств стран Дальнего Востока в Лувре. Она, её четверо детей и одиннадцать внуков — прямые потомки купцов Елисеевых.

Миллионеры-благотворители // Русь. 1994. № 4. С. 123−124.
Происхождение Елисеевых: мифы и реальность [подборка статей] // Короли бизнеса — столпы империи: десять веков ярославского купечества. Ярославль, 2013. С. 178−228.
Севрюкова С. В. О роде купцов Елисеевых // Ярославская старина. 1994. Вып. 1. С. 82−83.

Иконников Николай Иванович

Иконниковы, купеческий род
Основателем купеческой династии Иконниковых считается купец 2-й гильдии Иван Яковлевич Иконников, который в 1861 г. построил кожевенный завод в Ярославле. Его брат, Фёдор Яковлевич Иконников, также владел кожевенным заводом, а его сын Василий имел магазин в Гостином дворе. После смерти И. Я. Иконникова предприятие продолжало расширяться. Его продукция поставлялась во многие города страны. В дореволюционном Ярославле существовала фирма «Братья Иконниковы», основанная сыновьями И. Я. Иконникова — Николаем, Григорием, Василием и Павлом. В 1916 г. завод братьев поставлял продукцию для нужд фронта.
На рубеже XIX-XX вв. в Ярославле работал Николай Иванович Иконников (?-1926). Он имел звание личного почётного гражданина, состоял гласным городской думы, являлся членом городской управы, а также в 1890 г. был награждён серебряной медалью «За усердие». Н. И. Иконников состоял в городском комитете для призрения неимущих и в попечительском совете Ярославской торговой школы. В 1905—1915 гг. он занимал должность директора Ярославского городского общественного банка.
Кожевенное предприятие Иконниковых пережило революцию. После 1917 г. оно принадлежало компании «Львина с сыновьями и К». 19 сентября 1918 г. завод был национализирован, и позднее ему было присвоено имя Розы Люксембруг. Ныне предприятие работает в Ярославле под название АО «Хром».

Алексеев В. П. Ярославский некрополь. Выпуск 1. Тугова гора. Ярославль, 2000. С. 24.
Кожевенное дело купцов Иконниковых // Деловые вести Ярославии. 2006. № 3. С. 32−33.

Карзинкин Андрей Александрович (Около 1823—1906)

Купец 1-й гильдии, потомственный почетный гражданин, благотворитель.

Он был уже из купеческого рода. Но род Карзинкиных (встречается также написание — Корзинкины) ведет начало из экономических крестьян деревни Труфаново Борисоглебского уезда Ярославской губернии. Это бывшие монастырские крестьяне, получившие в результате реформы Екатерины II личную свободу и переведенные на денежный оброк в качестве государственной повинности. Дед Андрея Александровича еще в конце 18 века (1791) перебрался в Москву, стал торговать чаем, стал купцом 1-й гильдии (они вели международную торговлю). Фамилия Карзинкин, по легенде, произошла оттого, что своего первенца он привез в Москву в бельевой корзине. Но пишется Карзинкин из-за аканья в московском говоре.
С Ярославлем связана деятельность уже его внука, Андрея Александровича Карзинкина. В 1857 году он вместе со своим дядей Иваном Андреевичем и в доле с петербургским купцом Г. М. Игумновым купили Ярославскую Большую мануфактуру и основали «Товарищество Ярославской Большой мануфактуры бумажных изделий». Они не только возродили пришедшее в упадок производство, но и построили новые корпуса на берегу Которосли, а старые здания полотняной фабрики разобрали на кирпич и камень. Эти фабричные корпуса знакомы ярославцам как фабрика «Красный Перекоп».
По плану 1847 года, на территории полотняной фабрики Яковлевых находились каменная церковь Петра и Павла, каменные постройки, деревянные строения, английский сад, пруды. В начале XX века территория сада использовалась владельцами под дачу. Территория от церкви Петра и Павла, от въездных ворот до здания бывших казарм для рабочих, была доступна для отдыха только хозяевам дачи и их гостям. Лишь раз в году, на Пасху, открывались все ворота и в парк допускались все желающие. Усадьба с постройками (включая «дачу Карзинкиных») с 1995 года является памятником Федерального значения. Сейчас жители Ярославля хорошо знают церковь Петра и Павла и пруды. Парк, к сожалению, заброшен, но общественники борются за его восстановление.
Ярославская Большая мануфактура стала одним из крупнейших предприятий России. Новые владельцы постепенно перевели производство с переработки льна на хлопкопрядильное и бумаготкацкое производство. К началу XX века Карзинкины владели в Средней Азии хлопковыми плантациями (около двух тысяч гектаров) и 11 хлопкоочистительными предприятиями, поставлявшими сырье для Ярославской Большой мануфактуры.
На ярославской фабрике Карзинкиных заботились о рабочих. Значительные средства тратились на жилье, школы, больницы, детский сад. Жители района вокруг фабрики и сейчас говорят «корпуса», имея ввиду три 4-этажные огромные здания, построенные для проживания фабричных рабочих и их семей. На средства владельцев мануфактуры в 1908 году недалеко от фабрики был возведен храм в стиле модерн, освященный во имя Андрея Критского, Иоанна Спостника и Архангела Гавриила — небесных покровителей Андрея и Ивана Карзинкиных, а также их партнера Гавриила Игумнова. Сейчас он также сохранился и действует.

Вплоть до Октябрьской революции потомки Карзинкиных владели Ярославской Большой мануфактурой, различными торговыми лавками и складами в Москве. Все занимались благотворительностью.

Карзинкины, купеческий род
Родоначальником купеческой династии считается крестьянин Андрей Сидорович Карзинкин (1760−1822), выходец из деревни Труфаново Борисоглебского уезда (ныне — Тутаевский район). В 1791 г. он уже числился по третьей гильдии московского купечества, а 1811 г., став купцом первой гильдии, приобретает собственный дом в Китай-городе. Семейный бизнес, построенный на торговле чаем и «колониальными товарами», успешно продолжили сыновья Андрея Сидоровича — Иван и Александр, которые впоследствии стали родоначальниками двух ветвей династии Карзинкиных. Представители обеих ветвей, приобретя значительные капиталы на чаеторговле, занялись текстильным делом, а с последней трети XIX в. наладили тесное сотрудничество в этой сфере.

В 1857 г. Иван Александрович вместе с братом Андреем приобретает Ярославскую Большую мануфактуру. В 1858 г. было организовано паевое Товарищество (с 1887 г. — Торгово-промышленное товарищество) Ярославской Большой мануфактуры. Полностью реорганизовав производство, Карзинкины выводят предприятие в лидеры отрасли. Сырьё для фабрики поставлялось из Средней Азии, где купцы владели хлопковыми плантациями, занимавшими площадь почти в 2 тыс. га. «Фабрика Карзинкиных» стала крупнейшим предприятием не только в Ярославле, но и во всей губернии. Более того, в 1912 г. она стала вторым по мощности предприятием текстильной отрасли в России (после Кренгольмской мануфактуры в Прибалтике), а трудилось на ней 11 тыс. человек. Значительные средства Карзинкины тратили на социальные программы для рабочих: строилось жильё, школы, больницы, детский сад. В 1904—1908 гг. на средства Карзинкиных и их партнёра, московского купца Гавриила Игумнова, была построена церковь во имя Иоанна Постника, Архангела Гавриила и Андрея Критского — уникальный образец храма в стиле «модерн».
Ярким представителем династии был Александр Андреевич Карзинкин (1863 - ок. 1931) — успешный фабрикант и банкир, крупнейший домовладелец Москвы. В его собственном доме регулярно собирались И. А. Бунин, А. П. Чехов, А. И. Куприн, И. И. Левитан, С. В. Рахманинов. А. А. Карзинкин состоял в Московском нумизматическом обществе, в совете Московской городской художественной галереи П. И С. Третьяковых и Музея гигиены и санитарной техники. После революции работал в Историческом музее.

Карзинкины // Короли бизнеса — столпы империи: десять веков ярославского купечества Ярославль, 2013. С. 174−175.
Ульянова Г. Н. Карзинкины // Большая Российская энциклопедия. Москва, 2009. Т. 13: Канцелярия конфискации — Киргизы. С. 146−147.

Кузнецов Василий Яковлевич (1833−1901)

Потомственный почётный гражданин, купец I гильдии. К концу XIX столетия,
Кузнецовы — купцы и промышленники, общественные деятели и благотворители последней трети XIX — начала XX века, построили одну из красивейших городских усадеб, расположенную на Волжской набережной, открыли в Ярославле первую паровую кондитерскую фабрику.

Кузнецовы, купеческий род
Здравствуйте, меня зовут Василий Яковлевич Кузнецов Я родился в городе Нерехта Костромской губернии. Еще совсем молодым приехал в город Ярославль как тогда говорили: в люди. Начал работать приказчиком, со временем стал купцом третьей гильдии, открыл в Ярославле небольшую лавочку, где сам торговал чаем, сахаром, кофе, сладостями, а заодно и канцелярским товаром. Дела пошли в гору, и спустя 15 лет мне принадлежали уже четыре лавки в Ярославле и два каменных дома — на Рождественской улице и в Нерехте. Я сделал состояние на бакалейной торговле, стал одним из богатейших в Ярославле купцов, почти миллионером. Активно занимался общественной жизнью. Занимал должность директора Попечительского о тюрьмах комитета, был членом Ярославского управления российского общества Красного креста. Немало жертвовал на церковные нужды, на помощь нуждающимся.
В 1902 году мы начали строительство в Ярославле паровой конфетной фабрики. Ярославцы издавна были неравнодушы к сладостям как говорил Владимир Даль, ярославцы — «конфетчики». Вместе с тем, мало кто верил, что на конфетах можно заработать. Но мы, за полтора десятилетия нашу фабрику "Бельфор", сделали лидером кондитерской отрасли по уровню технического оснащения и квалификации кадров всей страны.
В 60-е годы XIX века Василий.
Необычная сделка
К концу XIX столетия Василий Яковлевич, сделав состояние на бакалейной торговле, становится одним из богатейших в Ярославле купцов, почти миллионером. В 90-х годах он приобретает небольшой участок с видом на Волгу, собираясь построить себе достойную резиденцию. Удивительно, но, выкупая землю у города, Кузнецов по собственному почину решил заплатить цену в два раза больше назначенной! Деньги, выплаченные им сверх реальной стоимости земли, Василий Яковлевич просил направить на благотворительные цели. Благодаря этой необычной сделке Городская Дума перечислила по 2,5 с тысячи рублей в Александровский сиротский приют и в Комитет для призрения неимущих.
Обосновавшись на Волжской набережной, Кузнецов принялся за строительство усадьбы. Все ветхие постройки, оставшиеся от прежних владельцев, были снесены, и через три года набережную украсил представительный особняк. Его нарядный облик стал воплощением эпохи эклектики, щедрой на затеи и фантазии. По рустованным фасадам тянутся ленты фигурных карнизов, рельефные наличники и пилястры отделаны штукатурным набрызгом (или, как говорили на Руси, «под шубу»), а из лепных розеток под крышей на нас взирают, притаившись, львиные головы… Новый особняк на набережной вполне соответствовал статусу купца I гильдии и поражал великолепием и богатым убранством. Во дворе усадьбы бил фонтан и во всех десяти комнатах дома, по свидетельству гостей, «полы были паркетные, а отделка роскошная».
В дело вступает племянник
Тем не менее в судьбе удачливого предпринимателя было не все так гладко. Василий Яковлевич Кузнецов, жертвовавший огромные суммы на попечение ярославских сирот, сам оставался бездетным. На склоне лет купец усыновил двух своих племянников. Один из них, Василий Платонович Кузнецов, вскоре стал правой рукой и надежным помощником дяди. Именно ему суждено было продолжать и преумножать семейный бизнес.
После смерти Василия Яковлевича в 1901 году Кузнецов-младший расширил владение на Рождественской улице и приступил к осуществлению своей давней мечты — организации собственного кондитерского производства. Спустя год, в 1902 году, кузнецовская фабрика была открыта. Оснащенная паровой машиной, она сразу оставила далеко позади всех местных производителей, а через пару лет ярославские сладости завоевали награды крупнейших международных выставок.
Окрыленный первыми успехами, Василий Платонович в 1905 году начал строительство нового трехэтажного корпуса фабрики, выходящего на площадь Богоявления. Здесь расположились не только мастерские и складские помещения, но и жилые комнаты со столовой для рабочих. Бывшие торговые лавки на Рождественской, став частью фабричного комплекса, подросли на два этажа, и вскоре здесь открылся кондитерский магазин. Предприятию, возводившемуся в самом центре города, оказались не чужды красота и стиль. Словно шпили сказочного городка, возвышаются над старинной застройкой зубчатые крыши фабричных зданий, а фасады, украшенные в духе модерна, придают улице особый шарм. Присмотритесь — в четком ритме декора еще угадывается важность прежних купеческих лавок, а полукруглые фронтоны будто перекликаются с убранством кузнецовского особняка, где прошла юность хозяина фабрики.
Это сладкое слово «Бельфор»…
В 1909 году Василий Платонович дал своей фирме новое звучное имя «Г. Бельфор» в честь небольшого французского городка. Это интригующее название купцу предложили московские приятели. Ассортимент фабрики был широчайшим — шоколад, ирис, разнообразные виды печенья, не говоря уже о привычных пряниках и леденцах, могли удовлетворить любые вкусы.
Особого внимания заслуживают старинные конфетные обертки, сохранившиеся в фондах Ярославского музея-заповедника. «Бельфор» выпускал целые серии конфет, посвященные, к примеру, юбилею Н. В. Гоголя, героям 1812 года, русским поговоркам или популярным операм. Над «Ребусной» карамелью можно было изрядно поломать голову, «Детская» задавала загадки, а «Гадательная» предсказывала судьбу… Конфетные фантики и этикетки, отпечатанные в лучших типографиях, становились произведением искусства. Они не только развлекали, но и служили просветительским целям, отражали настроения в обществе. Сто лет назад в ярославском магазине можно было встретить даже карамель с красноречивым названием «Я не в силах больше пить».
Путь к социализму
С наступлением Первой мировой войны фабрика была вынуждена перейти на более прозаическую продукцию — вермишель и макароны. В эти тяжелые времена ярославские купцы оставались верны традициям, не забывая о благотворительности и помощи ближнему. Крупнейшие кондитеры города, объединившись, организовали амбулаторию для своих рабочих и создали общую фабричную кассу для выдачи пособий нуждающимся. Однако в 1917 году помощь потребовалась уже самим фабрикантам. В дни белогвардейского мятежа, опасаясь расстрела, Кузнецовы покинули город и несколько лет скрывались в Нерехте.
Кузнецовской фабрике «Бельфор» суждено было возродиться из пепла революции. Собрав уцелевшее оборудование всех кондитерских производств города, она была национализирована и проработала еще не один десяток лет. В 1926 году по решению трудящихся наша кондитерка получила оптимистичное имя — «Путь к социализму», а в 1990-х превратилась в «Ярославлькондитер». Менялись названия, менялись краски и сюжеты на конфетных обертках, менялись вкусы покупателей… Но и в советские, и в постсоветские годы ярославцы сохраняли народный титул «знатных конфетчиков».
…Сегодня, прогуливаясь по центру Ярославля, нам уже не почувствовать сладкого запаха ванили, что прежде изумлял всех туристов. До столетнего юбилея кондитерская фабрика не дожила. Однако старинные корпуса на бывшей Рождественской, как и роскошные фасады кузнецовского особняка, еще хранят обаяние прошлого, напоминая нам о людях, неравнодушных к своему делу и к своему городу.

Локалов Александр Алексеевич 5 [17] октября 1831 — 16 [28] июля 1891

Крепостной крестьянин, предприниматель, фабрикант, основатель Гаврилов-Ямской льняной мануфактуры.

Александр Локалов — старший сын великосельского крепостного крестьянина Алексея Васильевича Локалова. После смерти отца унаследовал большое торговое предприятие и прядильно-ткацкую фабрику при селе Гаврилов-Ям, в создании которой принимал активное участие при жизни отца.
Александр был лишён возможности получить хорошее образование, в дореформенной России детей крепостных крестьян не принимали в средние и высшие учебные заведения. В селе Великом в это время работала только приходская школа с двулетним курсом обучения.
Александр, будучи старшим ребёнком в семье, стал главным помощником отца. Во время частых отлучек отца Александр фактически руководил семейным предприятием, которое занималось всеми стадиями переработки льна. «Он был владельцем конторы, раздававшей пряжу кустарям, потом устроил свою механическую льнопрядильню, затем ткацкую фабрику, и постепенно довел её до весьма крупного состояния. Александр Алексеевич постоянно старался приблизить свою фабрику к лучшим европейским образцам и много времени уделял изучению тонкостей ткацкого дела на зарубежных мануфактурах, преимущественно в Ирландии».
17 февраля 1872 года у села Гаврилов-Ям начала работать механическая льнопрядильня с паровым двигателем, построенная Локаловыми. Документы на покупку земли и разрешение на строительство фабрики оформлялись на имя отца, который через два года умер. После смерти отца Александр Локалов значительно увеличил фабрику: в 1874 году было построено ткацкое производство, в 1875-м — расширена прядильная, в 1879-м — был построен новый ткацкий корпус, и ткацкое производство увеличилось в три раза. К 1881 году на фабрике Локалова работало 8768 прядильных веретён и 340 механических ткацких станков, рабочих было до 2500 человек.
Летом 1881 года в Ярославле Александр Локалов был представлен императору Александру III. Локалов, владевший к тому времени одной из крупнейших в России льняной мануфактурой, представился императору, как крестьянин села Великого. Это подтверждал академик Владимир Безобразов: «Весьма характерной чертою его (Локалова) личности служит то, что он остаётся официально в крестьянском сословии и не хочет променять его ни на какое другое звание».

Кроме развития производства, Локалов много внимания уделял условиям жизни рабочих. К 1880 году при фабрике в Гаврилов-Яме была построена хорошо оборудованная больница, началось строительство жилья для рабочих. Все рабочие были застрахованы от несчастных случаев в страховом обществе «Россия». Впоследствии при фабрике были построены ясли, богадельня и фабричная школа на 260 мальчиков и 200 девочек.
Профессор Андрей Исаев отмечал, что Локалов самостоятельно пришёл к выводу о необходимости участия работников в прибыли предприятия, и с 1878 года стал отчислять 2% чистой прибыли на эти цели. В первый год это распространилось только на 16 человек служащих, в дальнейшем Локалов планировал постепенно привлечь к участию в прибыли всех рабочих.
Локалов тратил большие деньги на благотворительность и общественные проекты. В 1889 году Локалов пожертвовал 20 000 рублей на создание фермы для селекционной работы по выведению высоких сортов льна. В селе Великом Локалов содержал богадельню для 16 престарелых и ежегодно выделял пособие для 65 беднейших семей села.
Основной целью благотворительной деятельности Локалова было прекращение нищенства в селе Великом. Он понимал, что различные формы подаяния только усугубляли проблему. В 1890 году Локалов выступил инициатором создания благотворительного общества «Христианская помощь» и выразил готовность ежегодно жертвовать для него 5000 рублей, «как при жизни, так и после смерти». Общество «Христианская помощь» было создано в селе Великом в 1892 году, уже после смерти Александра Локалова. Кроме раздачи пособий для нуждающихся и содержания богадельни, при обществе был построен приют для детей со школой и ремесленными мастерскими, в которых дети из малообеспеченных семей обучались различным ремеслам

Локаловы, купеческий род
Локаловы происходили из крепостных крестьян села Великое, ныне входящего в состав Гаврилов-Ямского района. Алексей Васильевич Локалов (1813−1874), разбогатев на скупке льняной продукции, в 1850-х гг. выкупился на волю, а позднее основал в родном селе раздаточную контору. В 1860-х гг. на него работало уже более 800 крестьян Великосельской волости. 9 апреля 1871 г. Локалов подал прошение в Ярославское губернское правление о постройке механической прядильни в соседнем селе Гаврилов-Ям. В 1872 г. предприятие заработало. Так началась история знаменитого Гаврилов-Ямского комбината. Для новой фабрики в Англии были закуплено 78 механических станков. Уже спустя два года в прядильном, ткацком и белильном цехах работало несколько сотен местных крестьян.

После смерти А. В. Локалова дело возглавил его сын — Александр Алексеевич Локалов (1831−1890). При нём производство быстро расширялось. В 1880-х гг. на фабрике трудилось свыше 2500 человек. В год предприятие производило продукцию на сумму 1,5 миллиона рублей в год. Тонкие льняные и узорчатые ткани считались одними из лучших в России. При мануфактуре были построены училище, ясли, больница и библиотека. В 1899 г. благодаря построенной при предприятии электростанции в центральной части села появилось электрическое освещение.
В начале XX в. фабрикой владели Владимир и Леонид Георгиевич Лопатины, зятья Локалова и его единственные наследники, которые в 1913 г. продали предприятие Рябушинским. К этому времени на фабрике трудилось уже 3500 человек.

Города Ярославской области [II]: Переславль-Залесский, Ростов, Гаврилов-Ям. Рыбинск, 2015. С. 90−92.
Иоксимович Ч. М. Локаловы // 1000 лет русского предпринимательства. Москва, 1995. С. 288−289.
Юлин В. Н. Из воспоминаний семьи Юлиных // Возвращение к истокам. Гаврилов-Ям, 2008. Вып. 7. С. 58−60.
Яковлев Л. В. Мои земляки. Ярославль, 2001. С. 14−19.

Огнянов Геннадий Михайлович

Огняновы, купеческий род
Ярославские купцы Огняновы были выходцами из мещанской среды. Родоначальником династии является Кирьяк Огнянов. После его смерти в 1831 г. дела продолжили его сыновья — Михали и Иван Огняновы. Михаил Кирьякович Огнянов состоял в 1-й гильдии, торговал гастрономическими и бакалейными товарами. Избирался гласным Ярославской городской думы, а в 1870-е гг. был избран членом Городского общественного банка.
В 1882 г., после смерти Михаила Огнянова, был основан Торговый дом «М. К. Огнянова сыновья». Семейное дело возглавил Константин Михайлович Огнянов. Фирма, помимо совершения банковских операций, успешно торговала чаем. На Нижегородской ярмарке у Огняновых была своя чайная лавка, где они торговали кяхтинским и шанхайским чаем. К. Огнянов состоял в Ярославском обществе вспомоществования бедным, которое в 1886 г. было объединено с Комитетом для призрения неимущих. В 1888 г. купец пожертвовал 3 тысячи рублей на Дом трудолюбия. Также К. Огнянов был одним из шести наиболее активных представителей ярославского купечества, участвовавших в постройке часовни Александра Невского.
В 1891 г. дела фирмы продолжили его братья — Дмитрий и Геннадий Огняновы. Но в середине 1890-х гг. семейный бизнес начал угасать, а капиталы торговых и банковских операций сворачиваться. В 1907 г. после смерти братьев во главе фирмы встал их племянник — Михаил Константинович Огнянинов. Торговый дом сменил название и стал называться «М. К. Огнянова сыновья и К». С его смертью фирма окончательно утратила прежнее значение в экономике Ярославля.

Егорова А. Н. Благотворительность ярославского купечества в конце XIX — начале XX веков: (на примере рода Огняновых) // Путь в науку. Ярославль, 2005. Вып. 10. С. 174−176.
Огняновы // Короли бизнеса — столпы империи: десять веков ярославского купечества. Ярославль, 2013. С. 98−99.
Торговый дом купцов Огняновых // Деловые вести Ярославии. 2006. № 5 (май). С. 32−33.

Оловянишниковы, купеческий род
Основателем купеческой династии Оловянишниковых считается Осип Ермолаевич Оловянишников (1656 — после 1717), который переселился в Ярославль в 1709 г., где начал торговлю «оловянишным» товаром. Его сыновья, Иван и Фёдор, с 1736 г. стали отливать колокола. Правнук Осипа Ермолаевича, Порфирий Григорьевич Оловянишников (1755−1830), будучи уже купцом первой гильдии, владел свинцово-белильным заводом и шёлковой фабрикой. Он прославился как один первых крупных меценатов в городе. На его средства была построена больница для бедных, а также первый, деревянный мост через Которосль. Иван Порфирьевич Оловянишников (1783−1859) стал одним из первых, кто получил звание потомственного почётного гражданина. В 1833—1835 гг. он занимал пост ярославского городского головы. При его сыне, Порфирии Ивановиче Оловянишникове (1822−1881) колокола получили известность на международном уровне. Оловянишниковские колокола звучали в Греции, Австрии, Турции, Болгарии.

В 1880-х гг. Иваном Порфирьевичем Оловянишниковым (1844−1898) и его братом Сергеем (1856−1890) была основана фирма «П. И. Оловянишников и сыновья», которую после смерти возглавила вдова Ивана — Евпраксия Георгиевна (1851−1912), происходившая из старинного ярославского купеческого рода Горошковых. В 1901 г. фирма была преобразована в «Торгово-промышленное товарищество «П. И. Оловянишникова и сыновья». В 1909 г. фирма подтверждает звание Поставщиков Высочайшего двора, а с 1911 г. становится поставщиком Двора Александры Фёдоровны. Евпраксия Георгиевна была известна своей благотворительностью. В своём московском доме в годы Первой мировой войны она организовала приют и школу для детей-беженцев из Литвы, госпиталь для раненых воинов. В Ярославле при церкви Власьевского прихода ею была организована богадельня. В 1907 г. ею были переданы в дар городу земля и здания на Пошехонской улице, где появилась первая в Ярославле детская инфекционная больница.

Сын Евпраксии Георгиевны, Николай Иванович Оловянишников (1875−1918), успешно окончил Императорское высшее инженерно-техническое училище, где получил звание инженера-технолога. В семейной фирме он занимался колокольным и свинцово-белильным заводами. Подробные обстоятельства смерти Николая Ивановича не известны. Согласно семейным преданиям, после разгрома Июльского восстания в Ярославле он отправился сначала в Москву, а затем по делам фирмы в Харьков, который в тот период находился в составе независимой Украины.
Судьба других представителей рода сложилась по-разному. Мария Ивановна Оловянишникова (1878−1948) вышла замуж за русско-литовского поэта Юргиса Казимировича Балтрушайтиса (1873−1944). Георгий Иванович Оловянишников (1881−1935) стал профессором Московского автомеханического института. Татьяна Ивановна Оловянишникова (1891−1973) эмигрировала в Бельгию, а затем в Аргентину.

Могучие символы // Русский торгово-промышленный мир. М., 1993. С. 34−47.
Оловяшниковы // Короли бизнеса — столпы империи: десять веков ярославского купечества Ярославль, 2013. С. 118−119.
Прянишников Н. Е. Моя прабабушка Евпраксия // Ярославль купеческий: история и современность Ярославль, 2006. С. 41−44.
Прянишников Н. Е. Николай Иванович Оловянишников (1875−1918) // III Оловянишниковские чтения. Ярославль, 1998. С. 5−7.
Прянишников Н. Е. Оловянишниковы // Большая Российская энциклопедия: [в 30 т.]. Москва, 2014. — Т. 24: Океанариум — Оясио. С. 120−121.
Прянишников Е. А., Прянишников Н. Е. Род купцов Оловянишниковых // III Оловянишниковские чтения. Ярославль, 1998. С. 52−54.

Оловянишниковы — колокольные короли России
12 фактов из жизни знаменитой династии Оловянишниковых — поставщиков Императорского двора

1. Ярославские посадские люди Оловянишниковы впервые упоминаются в XVII веке — это монастырские крестьяне из села Савинское, вотчины Спасо-Преображенского монастыря. Родоначальник фамилии Осип сын Ермолаев занялся литьем олова, за что и получил прозвание Оловянишников. Его старший и младший сыновья, Иван и Федор, начали отливать уже колокола.
2. Собственный колокололитейный завод у бывших крестьян появился в Ярославле в середине XVIII века — здесь, помимо основной продукции, изготавливали медную посуду. А первый крупный заказ предприятие выполнило в 1766 году для Спасо-Яковлевского Ярославского монастыря.
3. Семейный подряд Оловянишниковых строился так: в документах об отливке колоколов подрядчиком выступал купец 1-й гильдии Федор Григорьевич, а главой бизнеса считался его брат Порфирий Григорьевич — это сыновья Григория Осиповича, среднего сына главы рода. Сын Порфирия Григорьевича, Иван, стал городским головой Ярославля и одним из первых в России получил звание потомственного почетного гражданина. При нем в 1834 году были отлиты колокола для Санкт-Петербургского Троицкого собора.
1,5 млн руб. — капитал Торгово-промышленного товарищества «П. И. Оловянишникова и сыновья» к 1901 году.
4. Ноу-хау Оловянишниковых — колокололитейный кооператив: они начали поставлять только колокольную медь своим партнерам и размещать заказы на их производствах. Но в 60-е годы XIX века вновь открыли собственный колокольный завод, использующий новейшие для тех лет технологии.
5. Бренд Оловянишниковых — «колокольные фамилии»: это колокольные наборы из двух-трех десятков колоколов, на которых не только вызванивали сложнейшие ритмы, но и даже исполняли музыку.
6. Распространение оловянишниковских колоколов по всему миру началось с третьего сына ярославского главы Порфирия Ивановича: в 1868 году он перебрался в Москву, где открыл магазин по продаже москательных товаров и колоколов. Их заказывала Черногория, Греция, Австрия, Турция и др. Особенно много колоколов было отлито для Болгарии. В память освобождения ее от османского ига ярославские мастера изготовили летом 1877 года 11 колоколов, пять из которых были даром Порфирия Ивановича болгарскому народу. Он лично доставил их в Болгарию, при их вручении император Александр II лично благодарил Порфирия Ивановича.
7. 1,5 миллиона рублей — капитал Торгово-промышленного товарищества «П. И. Оловянишников и сыновья» к 1901 году.
8. Литой герб Российской империи — это знак признания заслуг завода Оловянишниковых перед Россией, братья получили исключительное право помещать его изображение на всех своих изделиях. Среди заказчиков фабрики — члены императорской фамилии, церковные иерархи, представители виднейших дворянских и предпринимательских родов, монастыри и храмы.
9. Первую золотую медаль колокола Оловянишниковых получили на выставке в Париже в 1889 году. Участвовало предприятие и в других крупных экспозициях того времени — в Новом Орлеане, Чикаго, и везде их колокола получали высокие награды.
10. Семья Оловянишниковых к началу ХХ века владела 35 каменными лавками, колокольно-литейными и свинцово-белильными заводами в Ярославле, свинцово-белильным, краскотерочным и свинцово-прокатным заводами в Ярославской губернии, а также торговыми отделениями в Санкт-Петербурге, Москве, Туле, Ярославле, Нижнем Новгороде и Вологде, фабрикой церковной утвари в Москве.
11. С 1913 года фирма издавала ежемесячный научно-популярный журнал «Светильник», посвященный религиозному искусству в России и его истории.
12. Среди благотворительных дел рода Оловянишниковых — финансирование перевода Библии на бурятский язык, возведение самой высокой в Ярославле колокольни и моста через реку Которосль, устроение богадельни для пожилых женщин и хранилища древностей.

Пастухов Николай Петрович 17 (29) января 1820 — 5 (18) декабря 1909
Умер от рака желудка. Был похоронен на Леонтьевском кладбище в Ярославле.

Николай Петрович родился в Ярославле в семье Петра Матвеевича Пастухова. С детства жил в доме, расположенном ныне
на улице Пушкина, где впоследствии размещалась Кировская поликлиника. В семье помимо него были младший брат и две сестры. Получил домашнее образование, уже с 12 лет начал изучать торговые операции, исполняя разные коммерческие поручения. Был женат на Фелицате Никоновне, дочери ивановского текстильного фабриканта Н. М. Гарелина, прожил с ней 60 лет, воспитал 13 детей
(8 дочерей и 5 сыновей). Старшие сыновья продолжили семейное дело, самый старший из них, Леонид, ещё при жизни отца возглавил завод. Сейчас его потомки живут за границей.

Род Пастуховых с конца XVIII века до начала XX прошёл путь от небогатых купцов до потомственных дворян и крупных финансовых и промышленных деятелей общероссийского масштаба. Ещё в начале XIX века Пастуховы владели своими собственными судами для перевозки товаров, а к 60-м годам по Волге между Самарой и Рыбинском курсировал их буксирный пароход «Ярославль» (40 лошадиных сил). В Ярославле у Пастуховых была коноводная машина. Постепенно Пастуховы начинают вкладывать деньги
и в промышленность, в первую очередь по обработке металлов. При этом они воспользовались давними традициями развития кустарных промыслов по обработке железа среди крестьян Ярославской губернии и Череповецкого уезда Новгородской губернии. Продавая кустарям железо и кредитуя их, Пастуховы экономически привязывали их к себе. Но уже на рубеже 40−50-х годов купцы Пастуховы купили Омутнинский чугуноплавильный и железоделательный и Пудемский железоделательный заводы в Глазовском уезде Вятской губернии.

Ярославский промышленник-меценат. К концу своей жизни Николай Петрович Пастухов, по некоторым оценкам, был одним
из самых крупных промышленников России и пользовался громадным влиянием.

Пастуховы вели оптовую торговлю хлебом, доставляя его на собственных судах в Ярославль, Рыбинск и Петербург; продавали лён и пеньку, фарфор и хрусталь, французские вина. Со временем основную роль стала играть торговля железом, были куплены или построены несколько металлургических заводов в Предуралье и на Дону.
Пастуховы были крупными домовладельцами Ярославля, имели в центре города жилые усадьбы. В середине XIX века они построили самый большой по тем временам дом в городе — на Богоявленской площади. Впоследствии в нём была размещена гостиница, которую посещал и описал Александр Дюма, как одну из лучших во всей России.
Став единственным наследником после смерти отца в 1845 году, Николай Петрович Пастухов получил в управление чугуноплавильные заводы на Урале, мукомольные заводы, лавки Нижегородской ярмарки. Был в компаньонстве с дядей, Александром Матвеевичем, с которым в 1864 году он основал Торговый дом «А. и Н. Пастуховы». За короткое время, благодаря умелому ведению дел, постоянному расширению сфер сбыта товаров, выгодным сделкам, дешёвой рабочей силе им удалось удвоить свой капитал
и приобрести новые предприятия. Торговый дом прекратил своё существование со смертью дяди и разделом его имущества между
его детьми.
Николай Пастухов же продолжил приумножение своих средств. Он внедрял на производстве различные технические новшества, старался ориентироваться не столько на отечественный опыт, сколько на мировые, особенно британские, передовые образцы. На свои заводы он приглашал хороших специалистов.
В 1885 году он приобрёл доли братьев в Вятских заводах, в 1892 году выкупил Сулинский завод у двоюродного брата Дмитрия Александровича, став единственным владельцем всех пяти семейных металлургических заводов с миллионными оборотами
и наследственной торговли железом. К началу XX века склады и конторы по продаже железа, свинца, меди, олова и т. д. и изделий
из них его торговой фирмы находились в Москве, Петербурге, Туле, Вятке, Ярославле и на Нижегородской ярмарке; главная же контора помещалась в Ярославле, где жил и сам Николай Петрович.
Пастухов был самым богатым среди ярославских купцов. В городе у него было больше десятка домов: доходные дома, лавки, склады в центральной торговой части города.

Всего в 1860—1861 гг. на заводах Пастуховых работало 1 835 рабочих, в том числе 748 посессионных. Позже Пастуховы приобрели ещё два подобных завода в Вятской губернии — Песковский и Кирсинский, и один — в Области Войска Донского. Именно на заводах Пастухова его наследники первыми в российской металлургической промышленности в 1912 году создали при участии банков акционерные общества. Благодаря современной организации труда дела на заводах Пастуховых накануне первой мировой войны
и революции были на высоте.

Трижды избирался почётным мировым судьёй по Ярославскому уезду. В 1871—1895 годах — гласный Ярославской городской думы.

В 1851—1853 годах служил в совестном суде, в 1851—1865 годах — экономом в богадельне для призрения престарелых и увечных людей на 50 человек, содержавшейся на деньги Пастуховых и получившей название «Пастуховская», состоял её попечителем до самой смерти. Состоял членом Общества для пособия нуждающимся переселенцам, попечителем Александровского дома призрения для мальчиков-сирот, почётным членом Губернского попечительства детских приютов, членом-благотворителем ярославского комитета Попечительства Императрицы Марии Александровны о слепых, почётным членом Общества для содействия народному образованию и распространению полезных знаний в Ярославской губернии.

Самым крупным и значимым деянием Н. П. Пастухова стало открытие им на свои средства в Ярославле нижнего механико-технического училища и при нём ремесленной школы на 240 учащихся. Осознавая потребность бурно развивающейся российской промышленности в квалифицированных рабочих кадрах Н. П. Пастухов 27 ноября 1898 года обращается к министру финансов
с прошением, в котором заявляет о готовности построить на свои средства механико-техническое училище в Ярославле, обучение
в котором должно быть бесплатным. Кроме того, заявитель обязывался выделить сумму в 100 тысяч рублей, на процент от которых осуществлять ремонт и содержать учебные помещения и мастерских.
В 2020 году отмечались две замечательные даты: 200-летие со дня рождения купца, промышленника и мецената Николая Петровича Пастухова и 120-летие созданного им технического училища. Государственная академия промышленного менеджмента
в Ярославле располагается в стенах бывшего Пастуховского училища, носит имя Николая Петровича Пастухова и, самое главное, претворяет в жизнь его заветы и готовит специалистов для отечественной промышленности.

Николай Петрович Пастухов был известен как щедрый меценат. Жертвовал крупные суммы на благотворительные цели: устройство сиротского отделения для постоянно живущих воспитанниц Ярославского Ольгинского детского приюта, строительство амбулатории при лечебнице Ярославского Общества врачей, больницы при Сулинском заводе, храма Александра Невского в Сулине (ныне не существует); учреждение Дома трудолюбия, библиотеки-читальни.
В 1900 году выделил четверть своих средств на открытие в Ярославле низшего механико-технического училища с ремесленной школой при нём на 240 учащихся — первого учебного заведения в городе для подготовки квалифицированных кадров для промышленности; были построены здания, оборудованы классные помещения и мастерские, для учеников и педагогов были предусмотрены бесплатные квартиры. Ныне это Ярославский промышленно-экономический колледж (с 1972 года располагается
в других зданиях).

В 1896 году на Всероссийской художественно-промышленной выставке в Нижнем Новгороде Николаю Петровичу Пастухову была присуждена Золотая медаль «За ведение доменной плавки на антраците, связанной с большими техническими трудностями,
и за организацию мартеновского производства" на Сулинском заводе.
За общественную и благотворительную деятельность был награждён двумя золотыми медалями с надписью «За усердие» для ношения на шее на Владимирской и Аннинской лентах и орденами Святой Анны 2-й и 3-й степени и Святого Станислава 3-й степени.
За создание училища Николай Петрович и его дети получили потомственное дворянство.
Почётный гражданин Ярославля с 1904 года за строительство училища и амбулатории.

Понизовкин Никита Андреевич 05.06.1886 — ок. 1936

Родоначальником знаменитой купеческой династии, создателем крупного химического и крахмало-паточного производства в Ярославской губернии был простой крепостной крестьянин Никита Петрович Понизовкин. Он родился 26 марта 1804 года в деревне Муханово Романов-Борисоглебского уезда и пропал без вести весной 1867 года. По свидетельству родных, он выехал в Ярославль, потом в Петербург и за границу для лечения, но домой так и не возвратился. Следствие результата не принесло, и Никита Петрович был объявлен «безвестно отсутствующим». Мало того, через десять лет также неизвестно куда пропала и жена его Анна Васильевна. На сегодняшний день основной версией исчезновения можно считать принадлежность Понизовкиных к радикальному старообрядческому согласию странников, или бегунов, у которых в традиции было под конец жизни уходить в «странство». В случае смерти умерших зарывали в лесу, в поле, а часто и в домашних сараях и даже в подпольях домов, совершая погребение по ночам. Отсюда и упорные слухи о том, что Понизовкин-старший не просто пропал, а был погребён родными в собственном саду.
Два старших сына Никиты Петровича, Степан и Никифор, потомства после себя не оставили. Дочери — Харитина, Маремьяна, Евпраксия, Ольга и Агафья — в его делах участия не принимали. Наследником семейного предприятия, владельцем и главой фирмы «Никиты Понизовкина сыновья» стал его младший сын Андрей Никитич (24.11.1826−18.03.1908). Детям последнего — Андрею, Никите и Владимиру — предстояло продолжить дело отца и деда. В результате октябрьских событий 1917 года на их поколении закончилась предпринимательская история этого успешного, талантливого и загадочного рода.

Один из наследников купеческого рода Понизовкиных, предприниматель-промышленник, наследственный владелец крахмалопаточных заводов.

К началу XX в. Ярославская губерния являлась одним из наиболее развитых в промышленном отношении регионов страны.
В 1890 г. в губернии насчитывалось 234 предприятия с 22 тыс. рабочих, а в 1913 г. — уже 321 предприятие с 43,4 тыс. рабочих.

В 1839 году завод Понизовкина при д. Дурково начал работу. Паточные заводы тех лет представляли собой один или два деревянных сарая, где располагались терочное и паточное отделения. В терочном отделении картофель мыли, а затем перетирали его на деревянных терках с ручным или с конным приводом. В паточном отделении были один или несколько деревянных чанов, куда заливалась картофельная кашица. В неё добавлялась слабая серная кислота. Здесь же дровами топили котёл, в котором вода доводилась до кипения. Пар из этого котла по трубам подводился к днищам заварных чанов, где и варилась патока. При заводе обязательно рыли колодец, так как воды требовалось много. Имелись сари для хранения картофеля и готовой продукции и сточная канава. Управлялись на таком заводе от двух до пяти человек вместе с хозяином.
В 1843 г. новый паточный завод произвёл 7500 пудов патоки. Завод Понизовкина стал самым крупным в Даниловском уезде и вырабатывал патоку самого лучшего качества, за что был отмечен на губернской выставке 1844 г. Приобретая для своих заводов серную кислоту, Никита Петрович знакомился с химическим производством. Его высокая доходность не давала покоя предприимчивому крестьянину. Он принялся за новое дело, и в 1849 г. неподалёку от паточного завода в Дуркове появился химический завод, на котором вырабатывалось купоросное масло, купоросы зелёный и синий, кислота соляная, нашатырный спирт, ярь-медянка, соль глауберова и другие вещества. Продукция находила сбыт в Казани и на крупнейших Нижегородской и Ирбитской ярмарках.
Задуманный Никитой Петровичем Волжский завод (сегодня это Ярославский крахмало-паточный комбинат в пос. Красный Профинтерн) в 1868 г. начал работу. К началу последнего десятилетия XIXв. Ежегодная сумма выработки на понизовкинских заводах превысила 1,5 млн руб., причём три четверти дохода давало крахмало-паточное производство. Число рабочих доходило до 1000 человек. В 1889 г. продукция понизовкинских заводов была отмечена серебряной медалью на всемирной промышленной выставке
в Париже. Ярославская губерния вышла на первое место в европейской России по производству патоки.
В 1898 г. умер бездетным Никифор Никитович Понизовкин (старший брат Степан скончался в 1869 г.). Единственным владельцем Торгового дома «Никиты Понизовкина сыновья» остался Андрей Никитович, который пережил своего брата на десять лет. После его смерти все торговые и промышленные заведения (более 9 млн руб.) достались его сыновьям Андрею, Никите и Владимиру.
Никита Андреевич активно включился в семейное дело, сам принимал решения, подписывая документы как от своего имени, так и по доверенности братьев и сестёр. Вскоре он стал одним из директоров правления торгово-промышленного товарищества «Никиты Понизовкина сыновья».

Одним из страстных увлечений Никиты Андреевича были автомобили и автотранспорт. Понизовкин являлся членом Московского автомобильного общества (МАО) под председательством князя Николая Щербатова и входил в совет его старшин, был не только организатором автопробегов, но и сам принимал в них участие.

В 1910—1912 гг. рядом с заводом на берегу Волги под руководством архитектора Н. Ю. Лермонтова был построен шикарный особняк — подарок Никиты Андреевича своей жене Розе Павловне (05.10.1885−1950). Внутреннее убранство особняка также отличалось оригинальностью и необыкновенной роскошью.
Кроме хозяйского дома в 1910-х годах были выстроены пятиэтажный дом для инженеров и служащих завода, кинематограф, три дачи, разбит обширный парк с липами, серебристыми тополями, китайскими яблонями и жасмином.

Сложившееся в XX веке представление о Понизовкиных как о «пауках-мироедах» нельзя назвать справедливым. Из поколения
в поколение в семье передавались традиции благотворительности. Помощь конкретным людям, школам, больницам, церкви составляла неотъемлемую часть ежегодных расходов. Так, при Волжском заводе Понизовкины построили жильё для рабочих и служащих, школу, баню и больницу с таким запасом лекарств, что их хватило.

Сорокины, купеческий род
Сорокины — известный ярославский купеческий род, который владел кожевенными и свинцово-белильными заводами. Они стали известны благодаря своим щедрым пожертвованиям и благотворительной деятельности.
Первые документальные сведения о Сорокиных относятся к середине XVIII в. Семён Фёдорович Сорокин (1732−1797), живший в приходе ярославской церкви Св. Симеона Столпника, владел несколькими лавками в Москве. В 1778 г. он объявил капитал для вступления в купеческую гильдию. В 1786 г. им был в Ярославле построен свинцово-белильный завод в районе Пятницкого спуска. В 1791 г. С. Ф. Сорокин приобретает бывший кожевенный завод Оловянишниковых. После его смерти дело возглавил сын, Филипп Семёнович Сорокин (1759−1831), который расширил производство. К началу XIX в. Сорокины уже стали купцами 1-й гильдии. С середины XIX в., в связи с падением спроса, купцы сворачивают кожевенное дело, сосредоточившись на свинцово-белильном производстве. К этому времени ярославские предприятия производили более половины всех белил в империи, и продукция Сорокиных отличалась на фоне конкурентов и низкой ценой, и высоким качеством. При Сергее Николаевиче Сорокине (1831−1898) завод при 60 рабочих давал почти 65 тыс. рублей годовой выработки. На предприятии Сорокиных в 1889 г, в числе первых в городе, появилась больница. В 1898 г. завод перешёл в собственность Николая Сергеевича Сорокина. В начале XX в. заметно сократился спрос, а в 1914 г., c началом Первой мировой войны, прекратились поставки сырья из-за рубежа. Однако завод Н. С, Сорокина продолжал работать. Но численность рабочих за годы войны сократилось более чем в два раза, а объёмы производство, по сравнению с 1904 г., упали в 17 раз.
Семья Сорокиных играла заметную роль в общественной жизни Ярославля. В 1911 г. по инициативе Н. С. Сорокина была создана Художественная кустарная и ремесленная школа для одарённых детей. Для этих целей Сорокины предоставили флигель особняка на Большой Рождественской улице (ныне — Большая Октябрьская). В другом доме Сорокиных в начале XX в. размещалась гимназия, а в настоящее время находится городской Дворец бракосочетаний.

Марасанова В. М. Предпринимательская деятельность купеческого рода Сорокиных в Ярославле (1786−1917): успехи, трудности, итоги // Вестник Ярославского государственного университета им. П. Г. Демидова. Серия Гуманитарные науки. 2015. № 2 (32) (10 апреля). С. 15−19.
Обнорская Н. В. Ярославские промышленники Сорокины (история рода в первой половине XIX века) // Путь в науку. Выпуск 4. Ярославль, 1998. С. 38−40.
Сорокины // Короли бизнеса — столпы империи: десять веков ярославского купечества. Ярославль, 2013. С. 50−51.